– Поезжай в город, осмотрись. Поспрашивай работу служанкой в домах. Кто-нибудь да возьмет тебя.
– А если нет? Будешь спокойно спать, зная, что выгнал девушку на улицу? – уперла руки в бока Гвендолин.
– Уверен, ты не пропадешь, – хмыкнул он и отошел к шкафу, распахнул дверцы и вытащил небольшой затертый мешочек из коробки.
Гвен не сводила с него глаз. Высокий и крепкий, благодаря постоянному физическому труду, но при этом стройный и привлекательный. Что было большой редкостью среди деревенских. Длинные светлые волосы его были забраны в низкий хвост и свисали почти до лопаток, а зеленые глаза были полны глубины и печали, словно в этой жизни он успел уже многое повидать.
Несмотря на свою обманчиво приятную, дружелюбную внешность, Нейтан умел быть суровым и строгим. За эти несколько дней Гвен в этом убедилась. Его решения в доме не обсуждались. Братья и сестры беспрекословно выполняли все, что им было поручено, и относились к нему с уважением. Поэтому, когда фермер заявил о том, что Гвен должна покинуть дом, спорить с ним взялась только старшая из сестер — Эббигейл.
– Вот, – проговорил Нейтан и протянул мешочек, – здесь немного денег, на некоторое время тебе хватит.
Гвен насупилась и спрятала руки за спину:
– Не стану я их брать. Не позволю тебе избавиться от меня.
– Гвен, прошу, не упрямься, – нахмурился Нейтан, – ты делаешь только хуже.
– Нет.
– Хорошо, тогда поезжай без денег, – потеряв терпение, изрек фермер и бросил мешочек на стол, – я действительно пытался помочь тебе. Но на все воля Всевышнего.
– Чертов амиш! – тихо процедила Гвен, злясь на его непреклонность.
Нэйтан обернулся:
– Что?
– Ничего, – расплылась в фальшивой улыбке она.
Когда Гвендолин только пришла в себя, приняла Нейтана и его семью за религиозных фанатиков, скрывающихся в деревне от благ цивилизации. Но по мере разговоров поняла, что оказалась совершенно в другом мире, время и жизненный уклад которого был на уровне середины девятнадцатого века. Как она здесь оказалась, она не помнила. Последним из воспоминаний был поход в горы с коллегами из пиар-отдела. А после этого — сплошная черная дыра.
Как выяснилось, ее нашли у подножия горы сестры фермера и притащили в дом. Выхаживали пару дней, пока она не очнулась, а после предложили остаться. Судя по всему, они решили, что Гвен слегка повредилась головой. Но счастье длилось не долго. Уже к концу недели, когда она окончательно восстановилась, Нейтан указал ей на дверь. И оставался тверд в своем решении, не смотря ни на какие уговоры. Что никак не вязалось с его образом милого простачка.
– Мне нужно работать, Гвен, – произнес Нейтан и подхватил черную, слегка потрепанную шляпу с широкими полями, – поезжай сегодня в город с Фредом, он подскажет тебе, где можно поспрашивать о работе.
– Но я вполне могу работать и здесь! – сказала она, в очередной раз загородив дорогу и уставившись ему в глаза.
– Что за глупости? Ты совсем не подходишь для работы на ферме, – качнул головой он, отводя взгляд в сторону, – посмотри на свои руки. Они никогда не знали тяжелой работы.
– Может и не знали, да обстоятельства изменились! За эту неделю я привыкла к вам, так зачем идти работать к совершенно незнакомым людям? Когда могу быть полезной и здесь?
– Это вряд ли, Гвен, – усмехнулся он, – ты же совсем ничего не умеешь.
– Ну, я люблю животных, – протянула она.
– Здесь их все любят.
– Я неплохо готовлю.
– Эббигейл прекрасно справляется с готовкой и помощники ей не нужны, – отверг очередную идею Нейтан.
– Послушай, но ведь есть куча другой работы, где я могла бы быть полезной, – продолжала стоять на своем Гвен.
– Ты умеешь доить коров или окучивать картофель? – спросил он, изогнув изящную бровь.
– Нет.
– Тогда, быть может, умеешь шить и штопать одежду? Такой умелец нам бы пригодился.
– Увы, – ответила со вздохом Гвен.
– Тогда про выращивание овощей и уход за скотом даже заикаться не стану, – покачал головой Нейтан.