– Если я быстро проскочу мимо них, они не заметят? – подумала она, прикидывая расстояние до двери.
В этот момент Эбби повернула голову, заметила ее и улыбнулась.
– Гвенни, ты встала? Как себя чувствуешь? Думала, ты проваляешься до обеда!
– Я… – сдавленно сказала она, чувствуя себя крайне неловко, – я в порядке!
С этими словами она стрелой выскочила из кухни, избегая смотреть на них с Нейтаном.
– Что это с ней? – донеслись слова Эбби в спину.
Гвендолин залетела в купальню и закрыла дверь на замок. Приблизилась к тумбе, поверх которой стоял круглый медный таз, оперлась на нее руками и взглянула на свое отражение в мутном зеркале.
– И как я теперь буду смотреть ему в глаза?
В полном смятении она подхватила кадку и плеснула воду в таз, после чего принялась с особым усердием умываться прохладной водой. Спустя некоторое время в дверь постучали. Это была Эбби.
– Гвен, ты завтракать будешь? Я кашу поставила в печь.
– Не буду, нет аппетита.
– Тогда выходи и выпей медовой воды, поможет восстановить силы после вчерашнего, – усмехнулась она.
– Хорошо, но чуть позже, – отозвалась Гвендолин, ухватила тонкое расшитое полотенце и утерла лицо.
– Сильно не задерживайся, а то ребята волнуются за тебя.
– Угу.
И все же вышла из своего убежища Гвен только тогда, когда Фред, Нейтан и Олли ушли из дома.
– Сейчас поработаем на огороде, а затем ступай на пастбище, – проговорила Эбби, поставив перед Гвен стакан с медовой водой. – Нейтан просил выпасти коз вместо Хэтти. Она будет помогать братьям стричь овец.
– Хорошо, – согласилась та.
Мэри подперла подбородок рукой и расплылась в улыбке:
– Вы так забавно вчера танцевали с Мартином. Кажется, ты ему понравилась.
– Не беги вперед кобылы, дуреха, – одернула ее Эбби.
– А что? Разве это не так? Он весь вечер от нее не отходил! – обиделась та.
– Давайте не будем о вчерашнем, у меня, итак, голова трещит, – вздохнула Гвен.
Сестры переглянулись, но продолжать развивать тему не стали. Они быстро позавтракали и разошлись по делам. Мэри отправилась в коровник, Эбби, Гвен и Хэтти – на огород. Вырывая один сорняк за другим, Гвен прокручивала в голове фразы, сказанные под действием выпитого, и преисполнялась стыдом. К счастью, головная боль начала медленно отступать, и ей сделалось немного легче. Хотя бы физически.
– Сделаю вид, что ничего не помню. Пару дней постараюсь избегать Нейтана, а там все забудется, – решила она.
С прополкой управились до обеда. Перед тем, как отправиться помогать Эбби на кухне, Гвендолин наскоро ополоснулись в большом корыте, что стояло в купальне, и направилась в свою комнату. Утираясь полотенцем, она приблизилась к окну и уставилась на горшок, куда вчера с подачи Нейтана посадила зерно. Гвен наклонилась поближе, внимательно рассматривая почву. Никаких признаков всхода пока не наблюдалось.
– Давай, миленький, прорасти. Мое желание исполнится, и я вернусь домой, – тихо проговорила она, поводив пальцем по земле. – Пока еще что-нибудь здесь не натворила.
Она вздохнула и отстранилась. Затем прошла к тумбе, плеснула в глиняную кружку немного воды и полила будущее растение. Теперь оставалось дождаться результата. Гвен смутно помнила слова Нейтана о том, что зерно должно прорости в течении двух недель. И если по истечении этого времени росток не покажется на поверхность, ждать исполнения желания не стоит.
Оставаться обедать с семьей Гвен не стала. Взяла с собой пару кусков пирога, налила воды в пустую, из темного стекла бутылку и отправилась с козами на пастбище. Солнце скрылось за легкими облаками, и стало не так жарко.
Козы у Холландов были с придурью. Они то скакали по поляне, то пытались перепрыгнуть ограду, то вдруг падали на траву и валялись на животе. Спустя некоторое время они несколько успокоились, и Гвен расслабилась, усевшись под небольшим деревом. Таких здесь росло несколько. Эбби объяснила, что, если в ближайшие пару часов солнце вновь выйдет и станет нещадно печь, следует согнать коз под их тень. Гвен с трудом представляла, как справится с этими припадочными животными, и мысленно умоляла облака не рассеиваться.