Фермер улыбнулся:
– В этом нет нужды, мы быстро доберемся. Благодарю за беспокойство.
Он направился к двери, подхватил еще мокрую шляпу, висящую на крючке, и обернулся, выжидающе уставившись на Гвен. Та по-прежнему сидела у стола, не сдвинувшись с места. И явно не хотела никуда возвращаться.
– Гвендолин, – позвал он, – буду ждать тебя на улице.
Она демонстративно закатила глаза. Фермер поклонился, попрощался с Тревисом и шагнул за порог.
– Ну же, ступай за ним, – Магда легонько коснулась плеча Гвендолин, – по дороге поговорите и разрешите все разногласия. Нейтан ради тебя проделал такой путь в грозу, а это значит, что ему не все равно. Думаю, он заслужил, чтобы его выслушали.
Гвендолин похлопала ее по ладони, вздохнула и поднялась:
– Вернусь только ради Эбби. Уверена, она сильно волнуется.
Мартин поднялся следом и протянул ей крошечную деревянную птичку, что сжимал в кулаке:
– Мое желание взять тебя в жены не изменилось. Если вдруг передумаешь, верни мне эту безделицу.
Гвен приняла подарок и улыбнулась. А затем слегка поклонилась Магде и ее мужу:
– Спасибо, что позволили укрыться от дождя.
– Не за что, приходи в любое время, мы будем рады, – отозвалась жена охотника.
– Только в грозу больше не разгуливай, – усмехнулся Тревис.
– Хорошо.
Она махнула рукой Мартину и его сестре, малышам, что устроились за столом в ожидании вкусностей, и вышла на крыльцо.
Нейтан дожидался ее возле колодца. Привалившись бедром к оголовку, он с задумчивым видом смотрел на лес, сжимая в руке шляпу. Капли все еще стекали по деревянной крыше колодезника и, разбиваясь о растрескавшийся камень, попадали ему на рубаху, но он не обращал на это внимания.
Заметив Гвен, фермер сразу же оживился, отошел в сторону и улыбнулся:
– Идем?
Она кивнула. Воздух после дождя был невероятно свеж. Наполненный яркими ароматами зелени, земли, мокрой коры. Стало заметно прохладнее.
Некоторое время они шагали в полном молчании. Нейтан лишь изредка поглядывал на Гвендолин, словно бы размышляя, с чего начать разговор. И когда ферма замаячила на горизонте, он, наконец, решился.
– Прости за то, что наговорил тебе сгоряча. Просто знай, что на самом деле я так не думаю.
– Ага, – скучающим тоном отозвалась она.
– Гвен, я очень раскаиваюсь в содеянном.
– Обязательно помолись об этом.
Он вздохнул, сокрушенно качнув головой:
– Я ведь совершенно искренен с тобой.
– Так же, как и я, когда просила прощения! Но ты не был столь великодушен, чтобы простить мой ужасный грех! – язвительно бросила она.
Нейтан перехватил ее запястье и остановился, пытаясь заглянуть в глаза. Но она нарочно уставилась в сторону.
– Я был не прав, Гвендолин. Очень. Надеюсь, ты все же откроешь свое сердце и сможешь простить меня.
Она помолчала, раздумывая над ответом, и вдруг спросила:
– Ты знаешь, как найти дом старухи-Хранительницы?
– Что? – Нейтан не сразу понял, о чем она говорит.
– Ну той, что живет в лесу, – уточнила Гвен.
– Альбы? Знаю, но зачем тебе к ней?
– Хочу расспросить кое о чем. Возможно, она подскажет, как вернуться домой.
– Ты… – Нейтан запнулся, почувствовав, как в душе что-то оборвалось. Лицо его помрачнело. – Ты хочешь уйти?
– Хочу, – твердо ответила Гвендолин, высвободив свое запястье. – Кто знает, может в другой раз, когда я снова сделаю что-то не так, ты окончательно выгонишь меня из дома. А ехать в город я не хочу. Вернуться в своей мир гораздо лучше.
– Гвен, обещаю, с моих уст больше не сорвется упрека в твою сторону. Можешь оставаться в нашем доме столько, сколько потребуется.
– Так ты проводишь меня к ней или нет? – проигнорировала его обещание Гвендолин.
– Да, я могу проводить, но она может отказать тебе, – нерешительно молвил Нейтан. – Мы даже к дому ее не выйдем, если она не захочет принять нас.