– Если позволишь остаться и дашь работу, клянусь, больше не стану, – коварно улыбнулась Гвен.
– Мы уже все обсудили. Здесь нет для тебя работы, – упрямо качнул головой фермер.
– В таком случае я продолжу позорить тебя. Устанешь за мной по деревне бегать!
– Ты! – Нейтан вспыхнул и поджал губы, сдерживая ругательства. – Ты просто невыносима!
Гвен сложила руки на груди:
– О, так же, как и ты!
– Нейтан, смирись, она тебя обставила, – хлопнула брата по плечу Эбби. – Пойду заберу платье из огорода. А потом мы вместе займемся ужином.
Фермер подошел к окну, заложив руки за спину:
– Я дам тебе месяц испытательного срока. Если за это время не сможешь быть полезной, покинешь мой дом.
– Отлично! Я мастер проходить испытательный срок! – довольно проговорила Гвен.
– Даже боюсь представить, что ты для этого делала, – безрадостно хмыкнул Нейтан.
– Не волнуйся, когда дело касается работы, я веду себя вполне прилично, – отозвалась она и рассмеялась, – но это не точно!
Фермер устало потер лоб ладонью:
– Я точно пожалею о своем решении.
В дом вернулась Эббигейл. Протянула Гвендолин платье и улыбнулась:
– Одевайся и пойдем на кухню. Я покажу, как чистить овощи.
– Займи ее сегодня работой по дому, а завтра вместе с Мэри покажете, как доить и кормить коров. Ну, и как ухаживать за остальными животными, — сказал Нейтан и водрузил шляпу на голову. Он распахнул дверь и едва не столкнулся с остальными сестрами, толпящимися на пороге.
– А Гвенни и правда остается? – воскликнула Хэтти, широко расплываясь в улыбке.
– Да.
– Правда правда? – подхватила самая младшая, Энни.
– Даю слово. Но только на месяц. А дальше посмотрим, – погладил младшую сестренку по голове Нейтан и вышел во двор.
Девочки забежали в дом и обступили Гвен.
– Вот Фред и Олли обрадуются, когда вернутся! – хихикнула Энни, пританцовывая и хлопая в ладоши.
– Как хорошо, что Нейтан согласился! – подхватила Хэтти.
– Так, девочки, оставьте Гвен в покое. Мы должны заняться с ней делом. Не то брат еще, чего доброго, передумает, – разогнала сестер Эббигейл. – Ступайте и займитесь своими обязанностями.
– Но мы только закончили с прополкой! – нахмурилась Хэтти. – Можно мы отдохнем?
– Можно, только нам не мешайте, – кивнула та и подхватила Гвен за руку, увлекая за собой на кухню.
Вечером вся семья собралась на ужин. Кроме самого старшего брата, Джоуи, что почти никогда не покидал свою комнату.
– Почему он никогда не выходит? – тихо спросила Гвен у Эбби, пока они сервировали стол в гостиной.
– Говорит, что не хочет своим видом портить всем настроение, – вздохнула та.
– Но почему?
– Семь лет назад он оказался в пожаре и ослеп, а еще у него большой ожог на правой щеке. Не хочет пугать Энни и Хэтти.
– Но это неправильно запираться от всего мира! – замерла с тарелкой в руках Гвен. – Девочки не станут его бояться, если им все объяснить. Со временем и вовсе привыкнут и перестанут замечать ожог.
– Ты права, но Джоуи не слушает доводов. Просто закрылся у себя и носа из комнаты не показывает, – печально изрекла Эбби, а затем громко крикнула, – все готово, садитесь за стол!
Сестры и братья, как по команде, начали стягиваться к столу. Гвен с задумчивым видом поставила тарелку и опустилась на стул.
– Помолимся, – проговорил Нейтан, когда все окончательно расселись. Сложил руки и прикрыл веки, дожидаясь полной тишины.
Домочадцы последовали его примеру. Гвендолин не была религиозна, но из уважения опустила локти на стол, сцепила пальцы в замок и закрыла глаза.
– Всевышний, благодарим Тебя за дары, что Ты послал нам. Благослови и сохрани наших близких повсюду Своей любящей заботой. Твоей волею.
– Твоей волею, – повторили все хором.
После молитвы Эбби принялась нарезать румяный окорок и раскладывать его по тарелкам братьев, а затем и сестер. Гвен положила каждому по две больших ложки тушеных овощей.