Джемс и Мэри отправились на Север; но в Чарльстоне они растались. Их последний разговор показался бы, без сомнения, странным тому, кто услыхал бы его. Эти молодые люди, почти дети, взаимно поклялись сделаться настолько богатыми, на столько богатыми, говорила Мэри, что самые большие богачи будут удивляться, что столько миллионов может соединиться в одних руках.
Джемс поехал в Нью—иорк, и мы встретимся с ним позднее. Мэри отправилась в северную Каролину, она повиновалась очарованию, привлекавшему ея отца к золотым приискам. Но что могла сделать девушка ея лет не имевшая никакой посторонней помощи? Конечно, в энергии у нея не было недостатка, она разсчитывала на случай и мужественно шла вперед, поддерживаемая верой в будущее.
Но нет силы которая могла бы устоять против усталости, и голода.
Однажды Мэри упала на дороге: ноги отказывались служить ей, лихорадочными глазами глядела она на дорогу, которая могла вести ее… она не знала куда, но может быть и к желанной цели.
По дороге шел человек, он отправлялся в город. Это был честный малый, сирота также как и Мэри, но живший настойчивым и честным трудом. Имя его было Пьер—Бланше, да и то он не был уверен, что это действительно его настоящая фамилия. Он знал только то, что его мать приехала из Европы, что она умерла вскоре по приезде в Америку, что ее звали Бланш и что в приюте, куда его взяли после ея смерти, его всегда звали Бланше. Он приехал в Каролину по делу торговаго дома, в котором он занимался в Гваделупе. Ему было поручено изучить новый способ обработки индиго.
Проходя, он увидел Мэри и был поражен сначала выражением страдания на ея лице, а потом ея красотой.
Он спросил ее может–ли она идти опираясь на его руку и довел ее до ближней деревни.
Тут с молодой девушкой сделалась сильная горячка.
Пьер не мог решиться оставить сироту без всякой помощи: он поместил ее к знакомому плантатору и, продолжая заниматься делами, не пропускал ни одного дня чтобы не навестить сироты, к которой он привязывался все более и более.
Помимо его воли им овладело совершенно новое чувство: он чувствовал к этому существу, встреченному им случайно, любовь брата, друга и что–то еще большее.
Здоровье Мэри поправлялось медленно, первые шаги после болезни она сделала опираясь на плечо Пьера, который почувствовал дрожь от этого прикосновения.
Когда она достаточно поправилась, молодой человек спросил ея историю. Мэри разсказала ее.
Пьер думал несколько дней и в это время не показывался к больной.
Однажды утром он наконец явился с сияющим лицом.
— Мис Мэри, сказал он, вы одна и сирота; я одинок также как и вы, у меня нет ни семьи, ни родных. Мы оба нуждаемся в том, чтобы кто–нибудь любил нас и помогал нам идти но жизненному пути; хотите быть моей женой?
Молодая девушка побледнела и закрыла глаза.
Пьер молча ждал, опустив глаза.
Он говорил смело, но, дожидаясь ответа, чувствовал себя застенчивее ребенка.
— Да, Пьер, сказала Мэри твердым голосом.
Он упал перед ней на колени.
Между тем в течении нескольких минут, прошедших между вопросом и ответом, вот что подумала Мэри:
— Этот человек прав, я одна, у меня нет никакой опоры; если я откажу ему, куда же я пойду? Что будет со мною? Я разсчитывала на случай: я не должна опускать этого, должна принять эту помощь как ни странна показалась она мне в первую минуту. Сделавшись женою этаго человека, я приобретаю себе новое существование, без него, я ничто, а теперь я снова могу ждать новаго случая. Правда, что я выхожу замуж, т. е. связываю себя с сегодняшняго дня на всю жизнь. Но кто знает?
Не надо забывать, что в то время как Мэри Виллинс разсуждала таким образом, ей еще не было шестнадцати лет.
Еслибы Пьер мог читать в сердце той, которую он любил, еслибы он мог проследить за ея соображениями, увидеть ея холодность и черствость ея сердца, то он бы с ужасом отшатнулся.
Но Мэри улыбалась, и была так прелестна, что бедный малый плакал целуя ея руки.
Мэри Виллинс сделась Мэри Бланше.
Ее то мы теперь находим в павильоне с Эдуардом Стерманом.
Как произошло это новое превращение?
Вся история Мэри заключается в словах, которыя она произносила мысленно, венчаясь:
— А потом… кто знает?
Она не любила Пьера; он был для нея только первой ступенью, но ей ни минуту не приходило в голову остаться на всегда так низко, ей было необходимо подняться.
Эдуард попался ей на дороге.
Пусть читатель, при описании того тина, черты котораго мы стараемся теперь выяснить, не говорит что он преувеличен.