— Сладкая, ты думаешь меня деревья интересуют? — он послушно шагал за женой.
— Уверена, — Иришка остановилась возле двух искривленных, перекрещенных между собой сосенок. Деловито стащила с плеч Каса куртку, постелила ее в развилке, примерилась, прилегла, опираясь локтями и прогнувшись в пояснице.
Хмурая складка между бровей Кастерса разгладилась, губы раздвинула улыбка.
— А знаешь ты права, это совершенно замечательное дерево, — мужские пальцы затеребили застежки на знаменитых на все поместье бархатных бриджах маркизы, ловко справляясь с ними, — Ты же не подумаешь обо мне ничего плохого? — одна рука Каса нырнула под кружевные шортики ее светлости, а другая накрыла грудь, вызывая низкий требовательный стон. — Что, моя сладкая девочка уже готова? — он с удовольствием огладил лишенный растительности лобок и, скользнув ниже, убедился, что его давно ждут и рады принять.
— Не томи, милый.
Подтянув Аолу повыше и заставив посильнее прогнуться, стащил с нее штанишки вместе с бельем, любовно огладил покрытую золотистым загаром попку, поцеловал милые ямочки на пояснице, послушал нетерпеливое хныканье и, наконец, медленно вошел в нее, такую горячую, шелковую, тесную, замер на секунду, а потом почти полностью вышел.
— Кааас!
— Как же я соскучился, — неожиданно для себя признался рыжий, целуя маленькое розовое ушко жены, стискивая пальцы на бедрах.
— Сильнее!
— Диктатор маленький, заноза моя, — с каждым движением он ускорялся, уходя все дальше в страну наслаждения и уводя за собой свою любимую девочку.
Глава пятьдесят пятая, в которой героиня наконец-то едет в столицу
— Вы чего так долго? — Грег нетерпеливо расхаживал перед входом в главный дом.
— Привет, Груня! Я тоже очень рад тебя видеть, — Кас помахал некроманту рукой, в ответ тот только хмыкнул. — Ты же знаешь, что наша девочка отказывается ездить верхом. Вот и пришлось добираться своим ходом.
— Пообедать не успеете, выезжать уже пора, — брюнет подхватил жену на руки и направился домой.
— Поволок в свое логово, — Пушок проводил довольную хозяйку глазами.
— И не говори, хвостатый! Ты готов покорять столицу?
— Хозяйка обещала заказать для меня ошейник с изумрудной подвеской, — Пушок вспрыгнул на плечи Кастерса.
— Ну теперь все кошки твои, — рыжий привычно отмахнулся от хвоста. — Как насчет пообедать?
— Мурррр! То есть с удовольствием.
— Куда ты меня тащишь? — Иришка уткнулась носом в некромантову шею, вдохнула аромат пачули и бергамота и улыбнулась блаженно.
— Тебе надо поесть перед дорогой, а то укачает.
— Хороший мой, — она погладила щеку мужа, на которой уже пробилась жесткая щетина.
— Вечером побреюсь, — пообещал Грег и попытался губами поймать тонкие пальчики, слушая тихий смех жены.
— А где Миранда?
— Пакует карету с лошадками.
— Да ты что? Сама?
— Ну ты скажешь, — он толкнул дверь и вошел в гостиную.
— Ты нервничаешь из-за того, что придется покинуть Морено касл.
— Я привык жить здесь.
— Нет, мой хороший, ты привык быть хозяином и не хочешь быть гостем.
— Может быть, — Грег снял с блюда, стоящего перед женой серебряную крышку клоше, наполнив комнату ароматами запеченной с травами форели, полил рыбку лимоном и скомандовал. — Ешь, давай. Нам еще переодеваться.
— Спасибо, — Иришка ухватила столовые приборы. — Подвинь мне салатик, угу. А ты ел? — маркиза остановила мужа, собиравшегося потихонечку смыться.
— Да, — он остановился.
— Посиди со мной, — она помолчала некоторое время, отдавая должное обеду, а потом принялась успокаивать своего некроманта. — Мы пробудем в Кастерс-холле не больше недели, а потом поедем в Дубовую Рощу, где ты опять будешь хозяином, вернее вы оба.
— А ты птичка?
— А я везде себя хозяйкой чувствую как та кошка.
— Какая кошка? — не понял брюнет.
— Да любая, — она беззаботно пожала плечами. — Хотя, пожалуй, я больше похожа на собаку.
— Счастье мое, ты меня пугаешь.
— Ууууу! Страшно? — погрозила некроманту ножом и вилкой. — Просто кошки привыкают к определенному месту, а собаки к людям, которые им дороги. Вот и я привыкла к сестре Марфе, Миранде, но самое главное к Кастерсу и к тебе.
— Его ты назвала первым.
— Не ревнуй, а то укушу, — честно предупредила Иришка, отодвигая тарелку. — Ну что, переодеваемся?
Полчаса спустя в экипаж, запряженный шестеркой лошадей, усаживалась элегантная юная женщина. Она была одета в модное в этом сезоне дорожное платье лавандового цвета. Крошечная шляпка с вуалеткой венчала кудрявую головку, клонившуюся от тяжести волос, собранных в узел. Леди держала за руку очаровательную черноглазую девочку, которую можно было легко принять за ее дочь, если бы не малая разница в возрасте. Даму сопровождали два разных как день и ночь, но, тем не менее роскошных кавалера.