— И похищение?
— Скорее всего, — кивнул и снова помрачнел, окутывая меня своей аурой, словно хотел спрятать от всего мира. — Не угомонился, значит… Зря. А ты не волнуйся, ясно? Я сам разберусь.
— Ясно. Да. Я всё понял. Конечно. Проконтролирую лично.
Завершив ну очень непростую беседу с сыном императора, цесаревичем Алексеем, курирующим не только «Витязей» с «Добрыничами», но и новый проект графини Ржевской, который уже прозвали в министерстве и среди вояк «госпиталь второго шанса», князь Долгорукий устало прикрыл глаза и потер переносицу.
Дурак… Какой же дурак…
Идиот просто.
И где он ошибся? Где не досмотрел?
Почему у него выросло… Это?
Своего ума нет, так можно же просто быть хорошим исполнителем! Так нет… даже на это не способен. Наследничек хренов!
Ну да ничего. Ещё не поздно всё исправить. Ещё не сам император звонил.
Да и у него есть козырь.
— Катенька, душа моя, как твоё самочувствие?
— Тяжело, мой князь, — не стала лгать княгиня, действительно довольно тяжело переносящая позднюю беременность.
И рада бы прервать… Тайком! Солгать, что само, но…
Целители уже сказали князю, что будет сын. И она понимала: рискнет избавится от плода — и умрет следом. Не простит. И эти его «душа моя»… Ложь. Всё ложь. Нет у него ни души, ни сердца. Сплошной расчет. А ведь когда-то было иначе… Давно. Слишком давно, чтобы эти воспоминания грели ей душу. Слишком давно…
А рано утром, не успел княжич даже проснуться, до самого утра ожидая звонка от Абашидзе, как к нему в спальню вошел отец и безапелляционным тоном приказал:
— Собирайся.
— Куда? — озадачился Игорь, которого ко всему прочему ещё и похмелье мучило.
— В Норильск, — криво усмехнулся князь. — И благодари провидение, что твои шавки не успели причинить Ржевской вреда. Забудь о ней. Ясно?
— В смысле… — с оторопью протянул Долгорукий-младший.
— Абашидзе взяли во время налета на СПА-центр, где отдыхала Ржевская, и уже допросили менталисты цесаревича.
Каждое слово упало на княжича гранитной плитой и придавило. Несколько раз он открыл и закрыл рот, но не удалось выдавить ни звука.
— Ты до сих пор не под следствием только потому, что она не просила. Понимаешь?
Князь заглянул в глаза сыну, но скривился, когда понял, что внутри пусто.
— Собирайся. Самолет в Норильск вылетает через полтора часа.
— Почему в Норильск? — тихо спросил Игорь, с трудом фокусируя взгляд на отце.
— За последний месяц там открылось семь разломов. Император призывает тебя на службу.
— В Норильск⁈
— Предпочтешь тюрьму?
— Не, ну в Норильск, так в Норильск… — скривился Игорь, мысленно расчленяя суку Ржевскую на тысячи окровавленных частей. — Чего сразу в тюрьму-то… А когда обратно?
— Не скоро, сынок. Не скоро…
Глава 12
Утро этой субботы мало отличалось от других. Хотя… Сегодня мне показалось, что Егор особенно нежен и ласков, хотя как такое может быть, я уже не представляла. Он был сама чуткость и это даже немного пугало.
Вчера, когда мы приехали из СПА-центра, причем все вместе в наш дом, даже Алла и Рената, а так же Жанна, было решено не расходиться сразу, чтобы не оставлять от девичника дурное послевкусие, а посидеть ещё немного в нашей гостиной.
Идею, кстати, подал Савелий, и он же её воплотил, лишь чуток пошептавшись с Дарьей, которая согласилась с его предложением. В итоге нам в два счета навезли ресторанных изысков в виде закусок, крошечных пирожных и слабоалкогольных коктейлей, вместе с закусками приехали две услужливые официантки, которые всю эту красоту расставили и разлили, а уже пришедшая в себя Алла взяла на себя роль диджея и, воспользовавшись переносной колонкой, нашла нам приятную легкомысленную музыку, под которую было легко болтать и делиться впечатлениями.
Естественно, не обошлось без вопросов: что они хотели на самом деле, но я, здраво рассудив, не стала говорить им о признаниях Абашидзе и наших с Егором догадках. К счастью, их женщины не слышали, до последнего прячась за диваном.