— Думаю, когда придет тот день, мы обсудим это подробно, — не стала отказывать сразу, уже понимая, что раз засветила свои возможности, то ими обязательно захотят воспользоваться те, кто держит в своих руках власть и рычаги давления. В том числе на меня. — Но у меня будет к вам одна просьба, Ольга.
— Да? Говорите.
— Сохраните наш маленький секрет втайне. Хорошо? Я имею в виду дар регенерации. Думаю, вы понимаете, что не стоит знать об этом всем, особенно общественности. Я не волшебница, делающая это по щелчку пальцев. Я спасала вашу жизнь и это была вынужденная мера, а не обыденность. И то, что доступно избранным, никогда не будет доступно простым смертным.
— Да, я… — она поморщилась, — всё понимаю. Можете не волноваться.
Она кривовато усмехнулась.
— Нас с пеленок учат хранить секреты рода и семьи. Я понимаю. Спасибо вам. И за лечение, и за разговор. Спасибо. Мы продолжим уже завтра, да?
— Продолжим, но не ноги, — качнула я головой. — Сегодня и ближайшие два дня вас ждет интенсивная минерализация левой руки. Сейчас её кости недостаточно крепки, не стоит рисковать и гнаться за скоростью.
— Ясно… — грустно вздохнув, тем не менее Ольга снова меня поблагодарила и я ушла.
Увы, не бездельничать. Меня ждали пациенты реабилитационного центра, а именно те, кто был прикован к инвалидным коляскам из-за нарушений нервной проводимости в позвоночнике. До самого вечера нам удалось прооперировать двоих, не самых сложных, причем основная работа шла по выращиванию новых нервных волокон, но мы с этим справились, а дальше парней ждала реабилитация под чутким присмотром Жанны и трех массажисток, которые вернут ногам пациентов былую силу. Обязательно вернут!
Вечером после ужина у меня тоже внезапно нашлись дела — к нам подъехала Станислава Федоровна, распорядительница нашей с Егором свадьбы, и мы до самого позднего вечера окончательно утверждали тысячи нюансов, которые возникли по мере подготовки. Заодно я узнала, что платье почти готово, контрольная примерка — завтра.
Станислава в принципе оказалась женщиной деловой, хваткой, так что не мусолила одно по одному, и мы бодро утвердили всё, что её волновало. Ну вот вообще всё! Разве что не окончательный список гостей? Хотя… Прикинув в уме всех своих новых знакомых, качнула головой. Всё, точно всё. Разве что Ибрагимова пригласить? Но не факт, что согласится, всё-таки он мужчина занятой. Генерал!
Егор, правда, сказал, что всё равно пригласит, мол, иначе будет чуток не вежливо, всё-таки он активный покровитель госпиталя, а я аристократка, так что пришлось соглашаться и вписывать его в список приглашенных.
А ещё самой звонить матери… У-у, вот чего я точно не хотела!
Но я же не какая-то там трусиха, верно?
— Алло, — сухо произнесли на том конце трубки, явно давая понять, что мне не рады.
— Здравствуй, мама, — произнесла я ровно.
— Здравствуй, Полина, — ещё суше произнесла женщина, давшая мне жизнь. — Чем обязана?
Закатив глаза, но не став грубить, я просто сказала:
— В следующую субботу я выхожу замуж. Жених — Егор Стужев, командир отряда «Витязей». Церемония состоится в два часа дня в уличном павильоне при ресторане «Лукоморье». Ты приглашена.
И положила трубку. Ну а что ещё? Пригласила? Пригласила! Хватит с неё.
— Нда, отношения у вас…
— Не надо, — я скривилась, поджимая губы и одновременно прижимаясь к Егору, чтобы он обнял меня покрепче. — Я бы и вовсе её не приглашала, да с неё станется раздуть из этого полноценный скандал. Лишь бы на празднике вела себя прилично. И вообще, не будем о ней. Расскажи мне лучше, как обстоят дела с твоим знакомым ученым, который исследует причину зарождения аномалий? Ты с ним связался?
— Да, наконец-то, — порадовал меня Егор. — Я уже хотел сам к нему съездить, он больше недели трубку не брал, но вчера, наконец, ответил. Оказывается, уезжал в автомобильный тур по региону, собирал данные, сейчас систематизирует. Мы договорились, что он подъедет к нам на днях, как закончит. Думаю, к пятнице явится.
Стужев с некоторым смущением потер переносицу.
— В целом он… нормальный, но немного своеобразный. Чересчур увлеченный идеей, я бы сказал. Ещё несколько лет назад он трудился в имперском НИИ по изучению этих самых разломов, но имел слишком иное видение происходящего и уволился сразу, как только получил большое наследство от бабки. Сейчас нигде не работает и исследует разломы на свой страх и риск. Мы одно время служили с его братом, но тот погиб, и Глеб поклялся, что выяснит причину и уничтожит заразу.