— Поль… Полинка… — Он подскочил, сел рядом, схватил меня и пересадил к себе на колени, обнимая так крепко и вместе с тем аккуратно, что у меня снова против воли захлюпало в носу. — Девочка моя, как же я тебя люблю. Слышишь? Люблю. Выходи за меня. Пожалуйста. Поль…
Он шептал и целовал, обнимал и гладил, заглядывал в глаза, снова целовал и говорил. Говорил и говорил…
Что любит. Что никогда не бросит. Не предаст. Не оставит. Сделает самой счастливой!
— Поль, соглашайся. Скажи «да». По-о-оль…
— Да! Да-да-да! — не удержалась и расхохоталась, чувствуя, что ещё немного и снова позорно разревусь, но уже от счастья. — Хватит, Егор! Выйду, да! Всё, отстань!
— О, нет, — мне досталась коварная улыбка и такой жаркий поцелуй, что реальность пошатнулась и перевернулась. И если бы не надежные мужские руки, в которых я нежилась, то перевернулась бы вместе с ней. — Не отстану. Никогда. Моя, слышишь? Вот теперь точно моя! Когда, кстати, свадьба?
Э-э…
— Я не знаю, — вздохнула. — Я хочу праздник.
Я посмотрела на него без особой надежды на понимание, но неожиданно увидела решительный кивок.
— Да, обязательно. Так, давай прикинем… Недель через пять, м? Что думаешь?
— Почему через пять?
— Потому что через три свадьба у Савелия, и мы не будем им мешать. — Егор бросил на меня вопросительный взгляд и я кивнула. — Раньше не успеем. А сильно позже не стоит. Разрыв в две недели будет оптимален, заодно успеем подготовить всё, что нужно. Ресторан, платье, родителей. Ты ведь не против?
Я неуверенно дернула плечом, но возражений у меня и впрямь не было. Так что, почему бы и нет?
— Полина. — Стужев обнял моё лицо ладонью и чуть приподнял, заглядывая мне в глаза. — Если не хочешь — не будет ничего. Ты только скажи. Это твой праздник. Только твой.
— А ты? — удивилась.
— А мне хватит и твоего «да», — солнечно улыбнулся Егор, а я снова им залюбовалась, не в силах отвести взгляд. — Мне хватит твоей улыбки. Хватит знания, что счастлива именно ты. Понимаешь?
Заморгав часто-часто, судорожно кивнула и, пересиливая страх, который мешал мне так долго, тихонько шепнула:
— Я так тебя люблю…
И разревелась.
— Поль, ну что ты…
Кажется, Стужев растерялся, не понимая, что со мной происходит и почему я плачу, когда всё так хорошо, но я и сама не могла бы объяснить своё поведение. Для гормонов рано, для «тонко чувствующей натуры» поздно. Да я и в принципе никогда не была ни плаксой, ни нюней. Просто…
— У вас всё в порядке? — К нам в гостиную заглянул взволнованный Савелий, а за ним я увидела не менее взволнованную Дарью, которая наверняка его и позвала. — Никто не умер, надеюсь? Полиночка, что болит?
Я мотнула головой, нервно хихикнув сквозь слезы, и дико смущаясь того, в каком виде предстала перед всеми. Ещё и на коленях у Егора!
Ну а он, бросив на меня косой и чуть встревоженный взгляд, убедился, что я уже успокаиваюсь и в целом выгляжу больше смущенной, чем расстроенной, поцеловал меня в уголок губ, а всем присутствующим объявил:
— Полина приняла моё предложение. Свадьба через пять недель.
— Правда? — Савелий выглядел растерянным, словно для него эта новость стала полноценным шоком, но потом так просиял, словно я ему «да» сказала, а не Стужеву. — Господи, дети мои! Как же я за вас рад! Дашенька, иди ко мне, фея моя. Радость-то какая!
В итоге Док хохотал и громогласно поздравлял, словно мы уже стояли в ЗАГСе, Дарья смущенно улыбалась и прижималась к нему, ведь он сам схватил её в охапку и обнимал, то и дело целуя, Егор улыбался, посмеиваясь, а я сидела пунцовая, смущенно шмыгала и тихонько радовалась тому, что Егор не сказал о главном. И правильно. Это только моё дело. Точнее наше. Да, теперь уже точно наше.
— Что ж, это благое дело нельзя не отметить, дорогие мои! — возбужденно хлопнул в ладони самый главный массовик затейник этого дома. — Предлагаю организовать праздничный ужин! С обильными возлияниями… — глянул на меня с хитринкой, — соком и прочими полезными напитками. А ещё с тортом и как минимум пятью килограммами мороженого! Кто за?
Я со смехом подняла руку, к этому моменту успокоившись окончательно, Егор повторил за мной, Дарья тоже воздерживаться не стала, рассмеявшись следом за мной, ну а Док широко улыбнулся и провозгласил:
— Единогласно. Отлично. Душа моя, идем, помогу тебе составить меню… — Он обнял Дарью, уводя прочь, но на выходе глянул на нас и подмигнул, заявляя: — Народ приглашайте сами, ну а на нас, так и быть, самое сложное. Думаю, на семь вечера будет всем удобно, ага?