Тем временем Григорьев уже перешел к сути своей речи. Надо сказать, что зал почтительно его слушал, не перебивая, с интересом уставившись на говорящего.
— Господа, в связи с тем, что покойный председатель был моим другом и наставником, а также уповая на его последнюю волю и на долг перед нашим государством, я предлагаю себя в качестве кандидатуры. Тем более, что не состоя ни в какой фракции, я по сути, являюсь идеальным, незаинтересованным претендентом.
И тут у меня внутри все похолодело. Я вроде бы понимала к чему он ведет, но только сейчас осознала, что это вполне возможно. Его все любят. Даже обожают. Он подходит по всем параметрам. Подопечный рабочего, который водит дружбу со всем рабочим представительством, образованный герцог из высочайшего рода, а кроме того, его семья из промышленников, так что самая сильная партия пойдет за ним, даже несмотря на сжатые челюсти старого Карпова. И изберут его быстро. Голосование закончится, не успев начаться.
— Нет, - выдавила я тихо. - Только не это. - в голове проносились вихри мыслей, меня снова черной волной накрыла злость. Ненавижу его. Не понимая, что делаю, я резко поднялась и в стоящей тишине зала громко проговорила.
— Не забывайте герцог, что остальные фракции еще не выдвигали своих кандидатов. Врачеватели выдвигают Графиню Орлову. Мисс Нэтали.
Зал в замешательстве затих, а потом резко начал перешептываться, создавая гул. Кажется, дядюшка даже открыл рот. Какая была реакция остальных членов моей палаты я могла догадаться даже не оборачиваясь на них. Но больше всех, кажется, был удивлен Григорьев. Он как-то потемнел лицом и вмиг стал не таким привлекательным и харизматичным, как минутой раньше. После моего заявления, взбодрились остальные фракции и один за другим стали выдвигать кандидатуры, что естественно - разных возрастов. Я так и стояла, выпрямив спину и вздернув подбородок, а Стас Григорьев все еще смотрел на меня не отрываясь. Нужно сказать, что хоть и не сразу, но он взял себя в руки. И взгляд его теперь был не удивленным, а угрожающим.
“Ха, дорогой враг, решил вернуться к старым инструментам? Угрозам, шантажу и насилию? Ну хорошо, я ждала этого. Это именно то, что я надеялась получить от тебя. Ведь теперь официально, игру начал ты”.
— Что ты делаешь, дорогая! -вскинулся дядюшка, когда я постаралась невозмутимо вернуться на свое место.
— То, что следовало - к моему удивлению вместо меня ответил Максим.
Я уставилась на него, ища признаки сарказма или усмешки. Но он был серьезнее, чем все предыдущее время.
— Лорд Ритт, дядя. Это мое законное право. Как дочери бывшего председателя, как наследницы древнего рода. Надеюсь, папа бы гордился моей смелостью.
— Да ведь дело не в этом, Нэтали, - опустился дядя на сиденье рядом со мной. - Они не дадут нам шанса. Тягаться с этим… щеголем, бесполезно. Он идеальный.
— Нет, -перебила я - Он хочет таким казаться. Никто из присутствующих в этом зале не идеален. И я намерена это продемонстрировать.
— Никто не будет слушать,- снова попытался он.
— А я их заставлю. - медленно проговорила я. И в этот момент, кажется, дядя, разглядел что-то в моих глазах. Он помедлил и неуверенно кивнул.
— Хорошо. Нам нужен план и быстро.
— Попросим перерыв на два часа. - вмешался какой-то мужчина почтенных лет, стоявший рядом с лордом Риттом.
— Если мы возьмем перерыв, то и у остальных будет время, чтобы хорошо подготовиться - проговорила женщина в годах, кажется, баронесса , - Но боюсь, выбора все равно у нас нет.
Меня удивило, как некоторые члены партии активно вовлекались в обсуждение. Кажется, они совсем заскучали здесь. И новые выборы вызывали, как минимум интерес и азарт. Хотя были и те, кто выглядел недовольно.
Не успели мы обсудить вопрос перерыва, как с такой инициативой выступили рабочие. По итогу, было принято решение, все-таки прерваться на час. Зал зашуршал бумагами, участники собирали кипы и уносили с собой в закрытые комнаты для совещаний. Дверь мне придержал тот самый усатый мужчина, который выкрикивал с места после заявления Стаса. Я поблагодарила его.