Предисловие
Кристина R. Заметки.
Много лет назад мама сказала, что жизнь – самое ценное, что есть у нас. И пусть вокруг взрываются горы и трещит земля, главное иметь возможность свободно дышать.
Месяц минул с тех пор, как я нашла ее дневник. И эта небольшая тетрадь полностью перевернула мое отношение к окружающим.
Она была необыкновенной. Словно героиня древних сказаний об эльфах и драконах. Прекрасная, как свое имя.
Удивительное сочетание мягкости и силы, чуда и странной греховности. Я лишь несколько раз видела мать с распущенными волосами, и одна из таких картин до сих пор жива в моей памяти. Свернувшаяся на кровати девушка, и длинные иссиня черные волосы, плащом закрывающие фигуру. Мне тогда показалось, что это не она, а фея из моей книги сказок.
А еще я в детстве боялась долго смотреть ей в глаза. Большие, черные, как у цыганки, в обрамлении длинных густых ресниц. Казалось, что тонешь, переставая здраво оценивать обстановку. Я бы сказала, что это гипноз, но мама не терпела принуждения.
Легко представить ее в окружении зелени. Тонкое, гибкое тело, острый взгляд, быстрые реакции. Она была рождена не для роскоши, в которой проживала после замужества. Я четко понимаю это сейчас, но тогда все виделось иначе. Она любила поговорить, прогуливаясь по саду в простом хлопковом платье. Хотела тишины, а получала только шумные светские вечеринки.
Для всех Элиза - наследница древнего румынского рода. Отец постарался, чтобы слухи были подтверждены и фактами. Ведь не мог граф жениться на обычной русской девчонке.
Она казалась идеальной. Для всех. Но теперь, прочитав дневник, я поняла, насколько это все напускное. За светским лоском скрывалась уязвимость. А за открытыми улыбками - многолетняя боль. Она жила другими, забывая порой о себе. И сойдя однажды с дороги, дорого за это заплатила.
Какого это – жить в постоянном напряжении? И была ли когда-нибудь счастлива маленькая Лиза, волнующая Елизавета, великолепная Элиза, графиня R.
Глава 1. Нежданное знакомство
Дневник
Елизавета, графиня R
Тогда мне было всего семнадцать.
Ни приличного образования, ни жизненного опыта. Меня просто поймали в ловушку, тонко сплетенную хищным пауком.
Память упорно возвращает к моменту нашего приезда. Родители решили сделать дорогой подарок своей единственной дочери, в честь успешного окончания той школы…
И мы отправились на дорогой заграничный курорт. Маме хотелось пожить в окружении богатых, прекрасно воспитанных людей. Почувствовать другой мир, вдохнуть полной грудью, освобождаясь от давящей условности и скованности.
Для меня такое общество тоже было в новинку. Ведь в нашей привилегированной школе, отнюдь не все ребята отличались хорошими манерами. Там даже больше, чем в обычных учебных заведениях процветали мелкие пороки. Но родители даже представить себе не могли, что происходило за дверями туалетов и стенами теплиц. Иначе давно бы заперли дома и наняли приходящего учителя.
Я ведь ни разу не пришла домой позже положенного срока или в нетрезвом виде. И дело ни в том, что мне не хотелось всего этого, просто никто не принимал в свою компанию.
Сомневаться в своей привлекательности я начала классе в пятом, когда одноклассники просто стали сторониться. Такое отношение всегда больно ранило. Но самое неприятное – я чувствовала их страх. За скользящими улыбками, вежливыми кивками, брезгливыми ухмылками. Возможно, это и послужило началом тяжелых ночных видений.
Я не могу представить себе жизнь без мелких проявлений своего сумасшествия. О том, что это болезнь, поняла давно и молчала. Боялась, что меня не поймут, отправят лечиться, навсегда заперев между мягкими белыми стенами.
Из многих детских воспоминаний мозг всегда выбирал одно: глухая темная ночь, ни единого звука. Особняк, стоящий около леса и маленькая девочка, во сне бегущая по чаще. Она, наверное, тогда умерла, приведя в мир другую Лизавету…
Купол вакуума рассеивается и маленькая девочка, открыв глаза, видит не красивую комнату с сиреневыми обоями, а темные стволы деревьев и странных светящихся мотыльков.