Я не закрываю глаз. Можно исчезнуть, о том не подозревая.
То, что случилось потом, казалось, произошло в один миг.
Осторожно. Осторожно, как будто двигаешься по паутине. И все это – все – в полнейшей тишине.
Я убегаю. За мной гонятся.
Никогда не слышал свой крик, такой страшный. Мне очень больно. Пахнет горелым, непонятно, почему. В мозг будто вбивают гвозди, отрывают от него кусочки, окунают в кислоту, поджигают.
Висок горит, будто мне ставят клеймо раскалённой добела железкой, и я кричу, карабкаясь по собственному изодранному горлу, стараюсь найти выход из этого тела, охваченного пламенем и болью, и ужасом.
Встаю на четвереньки и пытаюсь уползти.
А кишки, они берут и выскальзывают серпантином из живота. Сразу из нескольких ран. Они такого красивого нежно-жемчужного цвета, но в желтоватой оболочке и длинных красных нитях. Я не хочу с ними расставаться. Они мне нужны, они мне очень нужны. Я стараюсь запихнуть их обратно, но они настолько скользки, что пальцы их не удерживают, и наоборот, от усилий, эти твёрдые колбаски вываливаются ещё больше.
Я плачу, от боли, от страха, от удивления.
Слёзы смешиваются с кровью и грязью на моих щеках, с кровью, капающей у меня изо рта.
Хочу жить. Очень-очень-очень. Я хочу быть целым, а не выпотрошенным.
Просыпаюсь перед рассветом. Во рту у меня очень сухо, мне больно проводить языком по нёбу.
Я надеюсь, что мне никогда не придется испытать этого снова.
Мне не уцелеть с собой. Мой мозг не способен принимать правильные решения. Вся проблема – в этом. Мой мозг примитивен. Исправить это невозможно. Я проживу жизнь жалкого человека. Могу только притворяться похожим на них. Я устал от ощущения ожидания неизбежного поражения. Это очень скучно. Я проживаю скучную жизнь.
Мне нравится мое умение завидовать другим людям. Я не пропущу ни одного, кто более успешен.
Просто однажды в жизни ты принимаешь ошибочное решение. И с этим нужно как-то жить. Слишком много ошибочных решений. Ни одного правильного.
Мир нарушен отчаянием и болью. Мир равнодушия – не самый удобный мир для жизни.
Реальность переполнена иллюзиями.
Каждый человек вынужден жить среди своих иллюзий и заблуждений. Не знаю, какой в этом может быть смысл. Мне хочется думать, что смысла нет. Или я просто недостаточно умен, чтобы что-то понять.
Я знаю, что моим сознанием манипулируют умелые кукловоды. Сначала ты живешь, а потом понимаешь, что твоя жизнь – только иллюзия. Понять это очень унизительно.
Что мне делать со своими страхами и заблуждениями? Что они делают со мной?
Ненавижу смысл происходящего. Оказалось, что я способен ненавидеть. Зачем я все это придумал? Ложь перестала быть выходом из создавшегося положения.
Вообразил, что именно я принимаю решения. И не могу понять, зачем. Я понял о себе лишком много. Очень неприятное знание. Зачем оно мне? Мой мир принимает уродливую форму. Внешнее начинает соответствовать внутреннему. Графоман и неудачник. Такая вот незавидная судьба.
Так выглядит человек, когда он теряет последнюю надежду. Забавное зрелище.
Мой мир разваливается на части. Ничтожный и глупый мир. Отделаться от него заманчиво. Но у меня не получается.
Важно доиграть свою роль до конца. В разочарованиях человека нет ничего необычного.
Так скучно может выглядеть только обреченный человек. В жалком человеке нет ничего необычного.
Ощущение своего проигрыша унижает меня. Я перестал доверять своим имитациям.
Всегда был шизоидом. Сколько себя помню. Ни мгновения исключения. Стараюсь найти себя в предложенной реальности. Пока не получается. Мир моих заблуждений. Единственный возможный мир для меня.
Мне остается только постараться продлить свою агонию. Не знаю, как продолжать жить с таким ощущением.
36
Я жаждал откровения, утешения. Чтобы кто-то прижал меня к своему теплому сердцу и сказал – всё будет хорошо, ты ещё не чудовище, не ходячий труп, ты сможешь выбраться.
Молитвы не помогут, думаю я. Мне некому отпускать грехи.
Это все моё подсознание. Каждый день вещи начинают приобретать всё больше смысла, которого в них вроде бы изначально не было.
Чёрт, подождите, все должно было начаться и кончиться совсем не так. У меня что, есть выбор?
А может, действительно, это не такая уж и плохая мысль. Совсем не плохая. Терять-то нечего.
Вы можете ответить на эти вопросы? Вероятно, нет. Могу ли я ответить на эти вопросы? Вероятно, нет.
Подавленные воспоминания из детства, вот что. В детстве я лепил человечков из пластилина. Хорошо лепил. С внутренностями и мозгами. А потом зубочисткой проводил над ними операции.