Я не смогу стать умнее окружающих меня людей. Мне следует стать оригинальным. Умные были до меня. Умнее будут после. Но повторить меня не сможет никто. Мой упор – только на оригинальность. Это удачная мысль. Я тороплюсь записать ее. Мне не хочется дольше оставаться уязвимым. Ощущение своей защищенности – всегда иллюзия. Теперь я не сомневаюсь в этом.
Я придумал, что творчество – мой способ борьбы с реальностью. Слова – единственное доступное мне оружие.
Живу в ожидании поражения. Самое разумное распоряжение отведенным мне временем жизни.
Мое завтра необязательно. Живу с этой мыслью. Очень неудобная жизнь.
Мне не выбраться из своей графомании. Страшно от ощущения своей ограниченности. Богу я оказался необходим только в роли графомана.
Я все еще жду от себя интересные мысли. Но уже догадываюсь, что не дождусь.
Пытаюсь подсмотреть у людей что-то важное. Мне необходимо подслушать умные мысли.
Я проживаю жизнь графомана. Мне необходимы подробности моего унижения богом. В моей жизни была скорая помощь. И тест на нормальность я тоже не прошел. Жить удается другим. Правильнее уклоняться от жизни.
Не знаю как мне стать нормальным. Мне нравилось воображать себя оригинальным. Но мое творчество оказалось результатом болезни. Профессионал легко поставил мне диагноз. Только глупые однообразные действия. Оказалось, что я не создан для великого.
Стараюсь запечатлеть важное мгновение своей жизни. Не позволю ему исчезнуть в вечности.
Я не хочу ничего исправлять. Коплю в себе обиды. Важно помнить о каждой своей обиде. Старательно записываю каждую. Тщательно описываю свою ненормальность. Уверен, что именно ненормальность. Я слишком отчетливо ощущаю, что все вокруг умнее меня. Мне с этим жить. Обычно я молчу. Никто не слушает, когда я говорю. Я никогда не говорил ничего умного. Мне следует подслушать чужую умную мысль и выдать ее за свою. Разум это неудобство. И у меня начинает болеть голова.
Ограниченность ума не позволяет мне слишком многого. Жизнь накладывает на меня слишком много ограничений. Я бесполезен для слов. Писателю не следует знать этого о себе. Но я узнал. Я вынужден думать о случайном. Незначительные мысли занимают время моей жизни.
В разговорах со мной никто не заметит ума. Это неприятное ощущение. О том, что меня считают графоманом, никто не стесняется говорить в лицо.
Мне не нужны слова. Ни одно из слов. Любое слово бесполезно. Я убедителен только в своей графомании.
Я могу только описывать ощущения человека от жизни. Их необходимо запечатлеть для вечности. Эти ощущения не интересны никому в настоящем. Будущее тоже будет равнодушно к ним.
Мои тексты необходимы только мне. С их помощью я пытаюсь разгадать самого себя. Почему-то я уверен, что это важно. Было бы глупо умереть, так и не сумев это сделать.
Я могу прожить только унизительную жизнь. Все остальное только в моей фантазии. Мой талант – иллюзия моего больного воображения.
Я знаю тех, кому повезло больше, чем мне. Я их ненавижу. Было унизительно узнать, что я умею и люблю ненавидеть.
Мне нравится, что можно перестать надеяться. Нет ничего глупее, чем надежда человека. Я перестал надеяться. Книга моей судьбы уже написана. В ней нет ни слова про талант или про везение.
Таким меня сделал бог. Я помню, что в моей жизни от меня ничего не зависит. Моя жизнь не принадлежит мне. Узнать об этом неприятно. Я всегда выбираю унизительные роли. Знаю, что мой протест будет выглядеть не смешно, а жалко.
Я честно играю свою роль. Не могу изменить себя. Всегда буду молчать с жалкой, извиняющейся улыбкой. Все знают, что я могу быть только жалким. Знают, что я всегда уступаю.
Однажды дурачок вообразил себя талантливым. Я знаю, что у меня получается быть только ничтожным. Мне жить с этим знанием. Не выбраться за свои пределы.
Мне никогда не выбраться из своей судьбы. Никому не выбраться. Запомни: ты навсегда останешься тем, кто ты есть.
73
Я настоящий только в своих текстах. Только наедине со своей графоманией.
Я не могу быть сильным. Даже притвориться сильным не могу. Бог постарался создать меня ничтожным. Я не смогу стать другим человеком. Круг моей судьбы очерчен. Никто не может выйти за пределы своего круга.
Я прожил десять лет имитируя другого себя. Воображал, что мое притворство и есть настоящая жизнь. Но в реальности я могу быть только графоманом, старательно описывающим свои впечатления от судьбы созданной для меня богом.
Умею быть смешным. Еще я умею быть жалким. Ничего не решаю в своей жизни. Раньше мне это нравилось.
Реальность создана для других. Мне остается лишь доживать отведенное время жизни. Я обижен и знаю, что нет смысла скрывать свои обиды. Я не смог измениться за десять лет. Мне не интересно общение с окружающим меня миром. Люди не нужны мне. Для жизни мне достаточно общения со своими кошмарами и разочарованиями.