– Интересно за что! – посмеялась Ингрид. – Астарот ждёт эти камни. Мы давно собирались его задобрить. Он просил корону, чтобы помогать нам. Без короны он не будет говорить и слова, как сделать мир лучше, нашу жизнь. Да, милый?
Она обнимала Бьорна, и он кивал ей в поддержку, так же улыбаясь в ответ. Мария только успела подумать, что они сумасшедшие, как старуха всунула ей в руки подушку с короной:
– Бери... Совершим священный ритуал!
– Какой ритуал? – с подступающим страхом вымолвила Мария, послушно держа перед собой подушку с короной.
– Не бойся, ты всего лишь станешь одной из невест Астарота, – спокойно ответила Ингрид и улыбнулась. – Это честь.
– А Ида? Не трогайте её, – умоляла Мария, глядя на Бьорна, и он успокаивающе кивнул:
– Посидит пока.
– Она виновата, что помогла тебе бежать, и её повар. Выкрали и деньги, и документы, что мы собирали на нашу поездку, но нам удалось тоже скрыться на время да с помощью верных слуг, которые выдали наглеца повара, узнать, куда бежали. Что ж, не составило труда верным помощникам вас потом и дождаться, – строже вставила Ингрид. – Все ещё ответят нам. А ты будешь отвечать перед Астаротом.
Мария слушала её и страх переполнял всё больше: они всё знали, их разоблачили с самого начала,... всё было и зря и теперь... пропало...
– Вперёд! – ткнула старуха Марии палкой в спину. – Пошла...
Глава 52 (к Астароту...)
Закрыть
Последний закат... Рассвет уж ушёл.
И всё, что должно было, произошло.
Сквозь тёмные тучи закатный просвет:
Тепла, красоты и надежды букет.
Да только надежды уж нет никакой.
И выход один — уйти на покой...
Что завтра не будет, мне кто-то тихо сказал,
Словами простыми веру жизни украл.
А день не простой, не такой, как всегда.
Когда я жила, реальность была!
Теперь же меня почти уже нет,
Душа ещё рядом, но не вижу уж свет.
Пронзительно вороны вдруг прокричали,
Да лицом я мертва, глаза видеть беды устали.
В несчастье жить — что быть мёртвой, пустой.
Уж лучше уж так: уйти... Там покой...
Закрыть
Такого красивого заката Мария, казалось, не видела никогда. Огненные завораживающие краски неба сквозь тёмные, быстро проплывающие кучевые облака...
Мария была вынуждена переодеться в ярко-красное платье с белым шлейфом, нести на белоснежной кружевной подушке золотую корону, увенчанную драгоценными камнями, чтобы преподнести этот дар и себя служителю ада — Астароту...
Мария не верила, что он существует, воспитанная в другой вере: в вере в бога — одного и единственного. Она понимала, что здесь, в замке Врангеля, создалась некая секта, в которую невольно попала, и спасения уже нет.
Уставшая и понимающая обречённость, Мария медленно шла впереди. В спину старуха так и тыкала конец своей трости, подгоняя ступать активнее. Несколько раз из-за этого Мария споткнулась, но корону с подушки не уронила.
Дождь стал мелко накрапывать. Тучи и туман над обрывом... Вороньё пролетело от леса к замку, к воротам, и стало кружить там, словно тоже чувствовало беду, но улететь не смело...
Мария смотрела вперёд себя на ров, на находящиеся за ним ворота. Металлические прутья их тоже показались каким-то символом вечного заключения, из которого могут выбраться только вьющиеся по ним редкие, тонкие стебли плюща. И то его было так мало, что чувствовалось: и он теряет силы бороться,... вымирает...
Закрыть
– Ты уходишь в вечность! – раздался за спиной Марии величественный голос Ингрид.
Её речь эхом разносилась вокруг. Будто никого в мире больше нет. Остались существовать лишь они, но вот-вот мир изменится. Он не умрёт, но станет иным...
– Что такое жизнь? – восклицала Ингрид. – Краткое существование!
– Я верю в бога, – потекли слёзы по щекам Марии.
– На колени! – подошедшая старуха стукнула по ногам её тростью.
Мария послушно села на каменную тропу перед обрывом. Тело задрожало. Отчаяние сдавило внутренними цепями страха. Вера в бога была, но вера во спасение — нет...
– Бог даровал жизнь, а смерть... Она дарует вечность! – воскликнула позади Ингрид. – Иди к Астароту!
Мария сглотнула. Она с ужасом увидела вставших по обе стороны от неё палачей. Это были такие же стражники, как те, в чёрных плащах. Только теперь плащи были красными, словно кровь. Лица скрыты под капюшоном... Красные топоры...
Дыхание Марии вдруг застыло. Она медленно перевела взгляд на небо. Серое... Нет там ничего... Оно уже оплакивает её судьбу мелким дождём... Что видит Мария? О чём думать? Среди пустоты и страха, и отсчёта последних секунд жизни, она попрощалась с родными, а среди облаков, этих чёрных, быстро проплывающих, привиделся напоследок образ Виллиама...
Упрямый образ преследует, а любовь душит и не даёт забыть его. Не получается избавиться, а желать его – нет сил прекратить... Слёзы так и текли по щекам Марии. Жить вот так, тем более с любовью, которую не дать, которую надо как-то в себе оставить, не хотелось...
Закрыть
«Да», – усмехнулась в себе Мария. – «Ему уже дарят любовь... Я лишняя... Я везде лишняя... Какой толк от меня?... Я всё не так делала, не в то верила и не так поступала... Я поняла, куда судьба меня ведёт, или... бог... Ухожу...»
– Прими, Астарот, невесту! – донеслось последнее предложение из давно продолжающейся речи Ингрид, которую Мария не слушала, погрузившись в себя, в прощание с жизнью.
В этот момент позади, откуда-то издалека, налетела стая воронья. Она надрывно кричала, а палачи рядом сразу взмахнули топорами. Мария зажмурилась, и... всё стало тихо...
Глава 53 (родные!... домой...)
Закрыть
Вновь, но с большей силой, закричавшая стая воронья заставила Марию вздрогнуть и открыть глаза. Птицы налетали бесконечным потоком и в считаные секунды накинулись на палачей, Ингрид, Бьорна и старуху — всех, кто в этот момент был позади Марии на мосту.
Прижавшись к подушке с короной, которую держала, Мария застыла. Вороньё, крики, визг позади и усиливающийся ветер с дождём навевали ужас. Мария не смела двигаться. Страх заставил тело оцепенеть и ждать участи.