Морт, как и другие, поднимался по склону, низко пригнувшись. Потом по знаку сержанта все опустились на четвереньки и поползли. С переката открылся вид на ровную ледяную поверхность. В сотне шагов от берега поднимались стены. Морт сперва не поверил своим глазам - на льду возник целый город. Валы, окружающие его, уже были выше человеческого роста, и на гребне копошились сутулые белые фигуры. Твари укладывали снежные глыбы, топтались, утрамбовывали. Изнутри им подавали раздувшиеся кожаные полости, вражцы поливали плотно сбитый снег водой, которая вскоре застывала, и бока снежного вала поблескивали гладким льдом. За стеной виднелись закругленные кровли - чем ближе к центру городка, тем выше. Над самыми высокими возвышалось еще что-то - какое-то сооружение из снега и льда, но Морт не мог понять, что это. Лед ослепительно сверкал под солнцем, и это сияние не позволяло разглядеть поточней.
Десятка два тварей трудилось вне стен - они катали снежные шары, это походило на игру, но Морт уже понял: они собирают строительный материал. Эти глыбы уложат, притопчут, польют водой - образуется неприступный скользкий вал.
Вражцы, покрытые белой шерстью, пригнувшись, будто врастали в снег, сливались с ним. Точно так же, как и снежные волки, они были частью Зимы, ее слугами и ее жертвами одновременно.
- Уходим, - вполголоса бросил Гейт.
Стражники отползли с гребня, поспешно спустились, вышли на старую тропу, отчетливо заметную среди слежавшегося снега. Сержант повел отряд на заставу, он увидел достаточно.
Поначалу держались настороже, вражцы были слишком близко. Потом, когда отряд достаточно удалился от берега, солдаты немного расслабились, строй нарушился. Морт снова оказался рядом с Туйвином и стал расспрашивать, что за город строят вражцы.
- Зимний город, - ответил толстяк.
Подробностей он и сам не знал. Ему было известно то же, что и всем. Вражцы, так же, как и другие твари Зимы приходят с холодами, устраивают зимний городок и, если бы не стража, проникли бы дальше на юг. В прежние времена так и происходило, жителям Лайвена приходилось вести настоящую войну с этими обитателями снегов. Теперь город окружен цепью застав, но набегов вражцов в Лайвене боятся по-прежнему.
Когда вернулись, сержант тут же подозвал Лайка, и эти двое принялись шептаться. Потом к ним присоединились двое ветеранов, а с остальными солдатами Гейт не делился планами. Кто-то пустил слух, что сержант собирается выступить до рассвета, чтобы напасть на вражцов с первыми лучами солнца. Морт не представлял, как можно с их ничтожными силами атаковать укрепленный городок на льду. Да и они и приблизиться-то к стенам не смогут - на ровном льду солдаты окажутся отлично видны, и вражцы будут готовы.
Эдрик, бойко прыгая на одной ноге, вертелся вокруг Морта и выспрашивал, что он видел. Морт, как мог, рассказал о зимнем городке и поделился сомнениями.
- Все дело в маге! - глубокомысленно объявил Эдрик. - У Гейта есть какой-то план, связанный с серым магом. Капитан был очень доволен, что Лайк зимует с нами, но определил его именно сюда, на берег, хотя, говорят, на северной заставе куда опасней. И еще Гейт по его приказу едва не каждый день посылал дозоры к морю. Круст с Гейтом что-то затевают.
- Это я и сам понимаю, - согласился Морт. - Но что именно?
- Завтра узнаем. Эх, жалко, я не могу пойти с отрядом!
Эдрик был полон желания поохотиться еще, даже пытался втолковать Гейту, что может драться не хуже любого из парней на заставе, но Гейт отрезал: "Если бы мы сражались языками, тебя бы я взял первым на самое опасное дело. Беда в том, что в этот раз ноги будут важней, нам придется очень поспешно уматывать". Это все, что приятелям удалось узнать о завтрашней вылазке.
Гейт поднял заставу до рассвета. Солдаты, зевая, натягивали куртки и сходились к очагу, там сержант отбирал тех, кто будет участвовать в набеге. В этот раз он затевал крупную операцию, и брал с собой почти всех. Остался Эдрик, который не мог передвигаться быстро, остался еще один раненный солдат, остался тяжелый на ногу Туйвин и Хромой Гренс, получивший кличку из-за давнего увечья. Еще сержант отказался брать с собой эйбона. Махаба пытался спорить, но сержант сунул ему под нос кулак и пообещал отправить в город, если тот откажется исполнять команды. Правда, чтобы дотянуться до носа рослого эйбона, невысокому Гейту пришлось встать на носки, но угроза подействовала.
Чернокожий полез на караульную вышку, прихватив с собой длинный лук. Больше ни у кого на заставе такого оружия не было, и вряд ли кто из зимних стражников являлся хорошим стрелком. Махаба привез лук с собой и утверждал, что умеет с ним обращаться. Правда, никому не показывал ни своего умения, ни даже самого оружия. Лук он хранил упакованным в многослойный меховой футляр и утверждал, что изготовлен он из ребра дракона.