– Дальше становилось еще страннее и страшнее. Появился другой. Причудливое создание. Такое и во сне не пожелаешь увидеть, не то что наяву. Не знаю, как его описать и с чем сравнить. Наверное, это нечто было более всего похоже на гигантского осьминога, взгромоздившегося на слоноподобное тело. Облик этого чудовища походил на изображения Дагора, повелевающего глубинами и бурями, сына бога моря Тоанорана. С его тела стекала белая слизь. Обычно морские создания источают особенный, я бы сказал, скверный запах, и чем больше тело, тем хуже аромат, окружающий его. Но этот гигант не пах никак. Он стоял за скальной грядой, на которую вы все потом выплыли, умудряясь доставать своими щупальцами до моего «Летящего». Теперь, думаю, вы можете представить, насколько велик был этот выродок. Он принялся бить, обвивать своими конечностями мой корабль. Но за пару мгновений до этого мы успели скинуть на воду пару лодок. Одна упала неудачно, ее затянуло под корабль. Вторая лодка стала спасением для меня и еще нескольких членов экипажа. Грешен, я ушел с корабля не последним, как положено по морскому уставу, но это произошло не по моей воле. Меня просто на просто стряхнуло с палубы в воду. Вокруг кверты. Но мне посчастливилось выбраться из беды живехоньким. Позже мы отплыли на лодке к соседним скалам, расположенным на некотором удалении от места, где почил «Летящий». С рассветом я решил вернуться и обследовать скалы, думая, что кто-то мог выжить. И, как видите, я не ошибся, обнаружив тут вас, правда, на мою беду, появились и эти странные гости.
Капитан умолк и прислушался, повернувшись в сторону моря.
– Что там? – поинтересовался Регрон.
– А, показалось, вроде словно у берега что-то заплескалось. Так вот, на чем же я остановился… А! Сдается мне, этот осьминогослон и люди со странными лицами как-то связаны. Но как, пока не могу понять.
История, рассказанная капитаном, заставляла задуматься.
«Что-то не то творится в последнее время. То вижу в лесу Велтора – божество северных народов из Замнитура, то бьюсь с полуденными скаргартами, которых вроде как не существует, вот теперь это чудо… За последнее время что-то частенько невероятное становится очевидным и обыденным».
– А что насчет зеркала? – уточнил Корвин. – Оно цело или как?
Верлас помнил, что проверял подарок Итель на острове и он был цел, поэтому наемник извлек его из походной сумки и, раскрыв, показал своим спутникам.
– Прямо-таки чудеса, – выдохнул от удивления Корвин. – У тебя, выходит, зеркало покрепче будет. У меня в миг разбилось, чуть уронил и все. А это… да, только удивляться и стоит.
– Лучше уж удивляться, – заметил Регрон, потирая руки, продолжая их согревать, – чем дрожать и прятаться или валиться от усталости на землю.
Верлас и Корвин почти одновременно пожали плечами, частично соглашаясь с услышанным.
– Послушай, Верлас, попробуй посмотреть, где наша цель.
Наемник сделал необходимые движения и стекло ожило, указав место положения их и преследуемых.
– Так, – заинтересовавшись увиденным, заговорил Корвин, – вот мы, вот береговая линия, лес… А все не так-то и плохо. Вот тут затонул «Летящий». Да мы не так-то и далеко от цели.
– Ага, – поддакнул Регрон. – Несколько часов сумасшедшей гребли на нашей утлой посудине, и мы на месте. Только придется опять выходить в море, и нас всего трое в лодке, не считая собаки. Веселая кампания. Мы этих гордаров никак не победим, если только заставим хохотать до тех пор, пока они животы не надорвут.
– Да, шансы у нас никудышные, – подытожил Корвин. – Вроде и хочется взять их тепленькими, но никак не представляется, как все это сделать. Да и к морю охоты особой идти нет. Может, поговорить с Иль Гатаром? Вы свяжитесь с ним? Я до сих пор не понимаю его, поручил нам одно дело, при этом заставив нас не говорить друг с другом о деталях компании, дал два зеркала Леокаллы и заставил скрывать друг от друга их существование, хотя точно понимал невозможность делать что-то у меня на корабле без моего ведома. Странно.
– Посмотрим, – расплывчато ответил за себя и товарища Верлас. – Давайте отдохнем, а там видно будет. Любая помощь, у кого бы мы ее сейчас не попросили, все равно придет нескоро. А вот в чем я уверен, так это в том, что нашему работодателю пока не следует знать о нашем положении дел. Всякое может быть.