Таск, подняв бровь, удивленно произнес:
– Не думал, что тут все настолько плохо. Я, вероятно, стесняю вас своим присутствием, так сказать, лишний рот, поэтому позвольте мне оплатить мой постой у вас.
Хозяин на мгновение замялся, что-то прикидывая в уме, а потом, замахав руками, сказал:
– Да что вы такое говорите. Не надо мне от вас ничего. Для меня уже за честь само ваше присутствие. И это мое последнее слово.
Таск, соблюдя правила приличия, решил дальше не настаивать на оплате постоя. Тем более лишних денег у него не водилось. Да и к тому же он не обнаружил в комнате своих вещей и имущества, которые должны были быть доставлены с корабля в обозе сюда с остальным привезенным. Надо было разузнать, где запропастилась его собственность у распорядителя войска. Все это предстояло сделать Саваату самому, ведь в отличие от большинства других высокородных у него не было с собой в походе рабов и слуг. Те, что имелись когда-то, сгинули в Западной пустыне, отец новых не выделил, а нанимать кого попало не хотелось, выбрать стоящих не удалось ввиду того, что все свободные руки были задействованы в работах для нужд столицы.
– У меня есть хорошее предложение, подкупающее своей новизной, – смакуя слова, лукаво подмигнув гостю, заметил хозяин. – Давайте пригубим моей настоечки и все же поедим.
Что они и сделали. Выпив горячительное под прославляющий Гралию тост, все внутренности Таска разом охватило приятное тепло, а суп закрепил достигнутый результат. Пока гость уплетал первое блюдо, хозяин развлекал его рассказом о своей родословной, которая, как оказалось, действительно происходила от предка, разводившего породистых кошек – сейры из Рельталгохолькла. Саваат не особо любил этих похожих на пуховое облачко животных. Их шерсть постоянно прилипала к одежде, что ужасно раздражало юношу. Но он знал многих высокородных, особенно женщин и девушек, соседей по варту Кенег, которые души не чаяли в этих ленивых, постоянно урчащих созданиях, требующих ежеминутного вычесывания. К счастью для Таска, хозяин завязал с разведением сейр.
На второе принесли копченую рыбу. Это были жирные куски из спинной части. К ним подавался сметанный соус, приправленный зеленью. В качестве гарнира шел вареный, слегка охлажденный картофель. Сказочное объедение, которому предшествовало возлияние очередной порции настойки с заверениями Кота о вечной дружбе гарлионов О’Леосс и Гралия. Филипп продолжил рассказ о том, чем сейчас зарабатывает на жизнь он и его семья. Они держали два красных дома. Один недалеко от причалов. Он сейчас был захвачен замнитурцами, так как порт О’Леосса находился вне пределов стен гарлиона. Между причалом и гарлионом на холмах раскинулись фруктовые сады, через которые пролегала широкая дорога, по сути, тот же земельный тракт. Все это тоже досталось врагу. Второй красный дом был защищен от врагов стенами О’Леосса, что хоть как-то успокаивало Филиппа. К тому же он приспособился сдавать внаем часть своего дома, где сейчас жил Таск. Так как беженцев было много, практически все его комнаты были заполнены до отказа. Саваату достались «хоромы» из личных владений хозяина. Правда, оставалось загадкой, кто мог жить в такой убогой комнатушке?
Насытившись двумя блюдами, Таск совсем не ожидал появления третьего – сладкого – свежеиспеченного слоеного пирога с фруктовой начинкой. Поэтому с сомнением поинтересовался у хозяина:
– У вас точно ожидается голод в ближайшие дни?
Хозяин отмахнулся рукой и, откинувшись на спинку стула, сообщил:
– Ради такого гостя ничего не жалко.
Таск уже усвоил, что его тут воспринимают как героя, но благожелательность хозяина все равно выглядела как-то странно. Многое, что он выдавал за беду, лично для Филиппа оборачивалось благом. Вот он сетовал на скопление народа в гарлионе. Только это же приносило хороший доход в его карман. Он содержал красный дом, где и проживали те самые беженцы. Наверняка за свои услуги он сейчас брал втридорога, по крайней мере, так бы точно поступил отец Таска, что был того же поля ягода. И с едой имелся в чем-то подвох, и в отказе от оплаты постоя крылось лукавство.