Таск неловко заулыбался и без особого желания сунул руку в карман и извлек и из него целый серебряный грал, после этого вручив монету рассказчику.
– Спасибо, щедрый господин, спасибо и богам, что смотрят сверху на людей, награду дав рабам, – почти пропел рассказчик и, подмигнув Таску, поспешил подойти к другим потенциальным плательщикам.
Теперь попрошайка пинал тех, кто мало давал, на щедрого юношу, который не пожалел отдать серебряный грал за лицезрение плодов нелегкого актерского труда. Но Таска волновали совсем иные дела:
«Где же умудрился потерять монеты? Как так-то? Что за невезение!»
Вдруг ход мыслей юноши резко свернул в иную сторону:
«А что, если меня просто-напросто обокрали? Вот стыдоба-то!
Щеки Саваата загорелись, виски стиснула давящая боль, дыхание перехватило, а лицо залило красным.
«Вот же попал в переплет. Не дай боги, кто-то о произошедшем прознает. Звучать будет просто великолепно: «Новый тетронил О’Леосса во второй день работы в своей должности был обворован на улицах гарлиона!»
Настроение Таска было подпорчено. Казалось, ничего больше непредвиденного и плохого не произойдет. Тетронил уже оставил мысль прогуляться по стенам гарлиона, желая поскорее убраться в свой уютный кабинет, как кто-то окликнул его. Вернее, сначала Таск и не понял, что обращаются к нему.
К юноше спешил снова вымогатель-рассказчик, говоря:
– Постой господин, постой!
На тетронила и спешащего к нему балаганщика стали снова обращать внимание. Саваат не желал лишней огласки, поэтому остановился и дождался, когда его нагонит рассказчик.
Вот и он.
– Спасибо тебе, высокородный Таск Саваат, ты снова выручил меня, – широко улыбнувшись, сказал актер.
Тетронил опешил:
«Вот тебе и на… Незнакомый гарлион, незнакомые люди и тут на тебе, пооколачивал груши!»
– Таск, вы меня не узнаете?
Саваат нехотя покачал головой. Голос, потеряв нотки наигранности, действительно показался ему знакомым, но пазлы пока не сходились воедино. Очень отвлекал грим балаганщика.
– Ну же… я Толлий Фарскайул, помните меня? Вы спасли меня от избиения в винном погребке около полугода тому назад.
«Толлий..., – напряг память Саваат. – Какой еще Толлий. Разве что тот лысоватый добряк, которого я защитил от компании моего старого знакомого Тевала?»
Таск наконец улыбнулся в ответ балаганщику и на выдохе сказал:
– Точно! Толлий Фарскайул. Помню, помню. Но как тебе удалось отрастить такие шикарные волосы? В прошлый раз я мог использовать твою лысину в качестве зеркала.
Актер, хотя это уже казалось невозможно, еще шире улыбнулся и, схватившись за волосы, дернул их.
– Парик! – выдохнул Саваат. – Вот я дурак! Должен признаться, Толлий, ты ловко умеешь гримироваться. Вот бы никак ни подумал, что они искусственные. Ты мня провел.
Таск вдруг захотел обнять добряка и, не став себя сдерживать, сделал это, искренне порадовавшись знакомому человеку в незнакомом гарлионе.
– Я должен угостить вас, Саваат, – получив свободу, высказался Толлий и, видя перемены в лице собеседника, добавил: – Отказа не приму.
– А, ладно! – махнул рукой Таск. – Куда поведешь?
Уже скоро они сидели в уютных плетеных креслах у камина какого-то винного погребка, где кроме их двоих пока не было посетителей. Толлий успел забежать к себе и переодеться, а также ловко смыть большую часть грима с лица, остались лишь тени на глазах.
– Как я погляжу, любишь ты злачные места, – отметил Таск, усаживаясь за столик.
– Есть такое дело, мой господин. Вино предрасполагает к разговору и рассказу, а собирать новые истории – это часть моей работы. Услышал и пересказал публике за деньги.
В это момент к посетителям подошел малец, который спросил:
– Что будут заказывать господа?
– Пару кружек пива и соленый сыр, – ответил Толлий, а потом, покосившись на Таска, уточнил: – Так же будет нормально для начала?
Саваат махнул рукой, соглашаясь. Мальчуган поспешил на кухню.
– Как тебя сюда занесло? – протянув руки к огню, в ожидании скорого возвращения с заказанным паренька, поинтересовался тетронил.