Ее голос звучал хрипловато, но слова были вполне различимы:
– До того дня я жила в иллюзиях. Жизнь была сказкой. Сначала меня оберегал отец, затем муж. Я жила за высокими стенами, которые были построены не только из камня, но и из моих фантазий. Все было для меня – и день, и ночь. Каждая моя прихоть исполнялась. Пожалуй, самым тяжким моим бременем был брак не по любви. Но и к роли жены старого больного пьяницы я быстро привыкла. Умывшись девичьими слезами, мне вдруг стала ясна одна истина – в моем положении есть и немало плюсов! Мне полагались все те же привилегии, что и до замужества, плюс к тому все меня воспринимали хозяйкой самого богатого гарлиона Гралии, если не считать столицы. Мужа я практически не видела, мы встречались только на церемониальных выходах да и изредка в его дворце. У Ахиила Кира был скверный характер, но он старался его не показывать в общении со мной, ведь одним из его самых надежных и лучших партнеров по торговле был мой отец. Я чаще виделась и общалась с его сыном, Каилем Киром, чем с моим благоверным.
«И зачем ты мне все это говоришь? – хотел было прервать рассказ девушки наемник, но в последний момент остановил порыв прекратить это словоблудие. – Пусть поплачется в мое плечо, ведь женщинам это нужно. В конце концов, все мы люди и у всех нас есть свои слабости».
– И вот все перевернулось с ног на голову. Гордары вошли к нам в гарлион как союзники и предали нас, убивая моих подданных или обращая в рабство. Предсмертные крики сопротивляющихся, вопли о помощи заполнили улицы гарлиона. Гордары насиловали и убивали, грабили и учиняли расправы. Уже скоро над домами взвились языки пламени. Я видела, как толпа озверевших от вкуса крови мужчин ворвалась во двор дворца Киров. Видела, как пал в неравном поединке Каиль, который вышел с небольшим отрядом телохранителей навстречу предателям, чтобы помешать им воплотить их алчные планы. На моих глазах размозжили голову нашему ключнику Зарану.
Илиса запнулась. Она опустила голову, но потом вновь взглянула на пламя и продолжила:
– Я проявила слабость! Мне следовало умереть, но не дать себя в руки гордаров. Но я не смогла выпрыгнуть из окна или вонзить себе в сердце кинжал. Не смогли мне помочь и мои служанки, которые ополоумели от страха и забились в углу моих покоев. Я написала о случившемся Ахиилу, сообщив, что меня ждет смерть. Но только стоило мне выпустить птицу с посланием, как моя решимость исчезла, словно и не бывало ее. Подойду к окну, и ноги немеют, беру в руки кинжал, и он выпадает из них. Не успела я и опомниться, как ко мне пожаловали предатели.
– И что же дальше? – решив хоть как-то поддержать разговор, спросил Верлас.
– Что дальше?.. – девушка задумалась. – Мешок на голову, руки и ноги связали и отнесли на корабль. Потом куда-то поплыли. Но куда… Про меня будто забыли. Я неплохо переношу морские поездки, но не с мешком на голове и не после того, что мне пришлось увидеть и пережить. Меня мутило. Из-за мешка на голове я чуть не утонула в том, что исторг мой желудок. Потом пришли какие-то женщины, которые освободили меня, вымыли и переодели. Они стали присматривать за мной, пояснив, что я теперь пленница гордаров. Сами морские разбойники не проявляли ко мне интереса и ни о чем не пытались со мной говорить. Потом я догадалась, что, вероятно, через меня гордары хотят как-то влиять на моего отца. Но что это меняло? Я была разбита, мой мир разрушили морские разбойники.
Неожиданно для себя Верлас спросил:
– А вы не задумывались, что ваш муж желал от гордаров? Зачем ему были нужны такие союзники?
Девушка растерялась. Ее брови выгнулись дугой. Как видно, ей нечего было сказать. Она пожала плечами и заметила:
– Ахиил не очень-то меня посвящал в свои дела.
– В этом он прав. Но я, пожалуй, вас немного разочарую. Ваш муж хотел использовать гордаров для того, чтобы захватывать мирные селения, варты, а может, и гарлионы, чтобы они делали все то, что вы видели во время резни в Дебусе. Он действовал исключительно в духе своего предка – Кира Богатого, который в свое время нанял толпу головорезов, уничтоживших всех иных претендентов на титул гарла Дебуса. Так что не особо корите себя, жизнь есть жизнь. Нож режет, топор рубит, а человек должен всеми силами стараться жить – это его предназначение. Гордары сделали то, что должны были, а вы просто выжили, и в этом ваша правда.
Илиса ничего не стала говорить в ответ, а только задумчиво посмотрела на наемника.