Скаргарт разинул пасть и издал скрежетание-выкрик, а потом, приподняв одну клешню, замахнулся, чтобы ударить человека. Наемник ловко отскочил в сторону, а потом, машинально сделал это еще раз и не ошибся. В следующее мгновение на место, где он стоял, обрушилась жалящая клешня хвоста твари.
Мужчина со всего маху ударил по месту, где клешня крепилась к хвосту, и снова отскочил. Скаргарт в исступлении завопил. Это уже было не скрежетание, а какой-то странный высокий звук. От него закладывало уши. Он схватился за них, чуть не выронив клинок, начав пятиться.
Чудовище отдернуло хвост, на песке осталась жалящая клешня. Монстр, продолжая вопить, принялся лихорадочно пытаться достать до человека подбрюшными клешнями. То одной, то другой. Двигать вперед у него получалось плохо, особенно теперь, когда хвост был поврежден.
Верлас пятился в сторону пустыни, пока не уперся в очередной холм. Мужчина споткнулся и упал. Скаргарт тут же воспользовался появившейся возможностью и, перестав махать клешнями, использовал их, чтобы как можно ближе подобраться к вожделенной жертве, желая навалиться на человека всем телом.
«Все, конец!»
Наемник, понимая, что не сможет увернуться, выставил перед собой клинок и зажмурился. И тут же ощутил, как грузное тело чудовища навалилось на него, пригвождая к подножию холма-бархана. Приземляясь, мужчина сильно ударился головой обо что-то твердое и сразу же потерял сознание.
Беспамятство длилось какое-то время. В нос ударил зловонный, резкий запах скаргарта. Верлас почувствовал, как что-то липкое и скользкое трется о его щеку.
«Сейчас он перекусит мною», – мелькнула отчаянная мысль, но скаргарт медлил.
Верлас открыл глаза и увидел перед собой собачью морду, загораживающую ему свет дневного Ченезара. Ночь и буря исчезли, как будто их и не было вовсе.
– Фу! – испугавшись, что пес принял его за мертвого и сейчас оторвет от него кусок, выкрикнул наемник.
Собака, услышав окрик, от неожиданности отпрыгнула в сторону. Это был черно-коричневый короткошерстный пес горцев, название породы Верлас не помнил. Эти собаки были хорошими охотниками, которые славились тем, что быстро могли нагонять преследуемую жертву, в помощь им были длинные и крепкие лапы, а еще их отличала способность неплохо лазать по горам.
– Откуда ты взялся? – раздраженно спросил у пса наемник, переводя взгляд на придавившего его скаргарта.
По всему выходило, что чудовище сдохло. Монстр налетел на клинок Верласа, который по рукоятку вошел ему в брюхо. Из-под скаргарта теперь торчала только голова, шея и плечи человека.
Сначала Верлас обрадовался. Он слышал о том, что у небольших скаргартов слабым местом в их хитиновой броне был живот, но теперь наемник смог лично воспользоваться этой слабостью врага. Однако чудовище оказалось весьма тяжелым и выбраться из-под него было еще той задачкой.
Человек поднатужился и попытался приподнять останки монстра, но не смог этого сделать.
«Да, глупая ситуация получается. Убил скаргарта и все равно, похоже, умру, придавленный этой «горой».
Верлас снова поднатужился, стараясь хоть немного приподнять тушу, придавившую его. Это почти получилось, но сил не хватало. Он был голоден и устал, немудрено, что его удаль поубавилась.
Немного отдышавшись, наемник решил действовать иначе. Человек стал пробовать шевелить зажатыми частями тела попеременно, пытаясь понять, что придавлено сильнее, а что послабее. Оказалось, левая нога вполне сносно двигается, как и локоть правой руки.
«Это уже что-то. Есть чем заняться».
Он покосился на собаку. Та села недалеко от него и, высунув язык, внимательно смотрела на человека.
– Не дождешься, морда! – язвительно заметил Верлас, принявшись двигать свободной ногой и локтем, стараясь увеличить их свободу.
Время шло, но каких-то ощутимых результатов достичь так и не удалось.
Собаке наскучило сидеть, и она легла на горячий песок, уложив свою голову на черные лапы, безразлично посматривая в сторону наемника.
Верлас попробовал за счет плеч и лопаток как-то разгрести песок и выползти из-под скаргарта. Но нет, опять неудача. И не то что бы это у него не получалось вовсе, просто сил было так мало, что ему часто приходилось останавливаться для отдыха, чтобы перевести дух. Через час попеременной работы он смог вытянуть себя из-под туши на пол-ладони. Чем дольше наемник боролся с тушей, тем больше становились перерывы на восстановление сил.