– Эй! – заметив проблемы у тетронила, окликнул его проводник. – Так не делай. Отравишься. Не дойдешь до конца и тут останешься. Делай лучше короткие вдохи и выдохи. Каждый раз слегка задерживая дыхание.
Парень показал, как надо. После чего они начали движение.
Сточный туннель был довольно просторный. Три человек, таких как Терил, без труда могли бы тут пройти. Свет от факела разгонял тьму. За границей освещенного круга тьма сгущалась, делаясь непроглядной. Казалось, мгла затаила в себе угрозу. С потолка подкапывало. Звук падающей воды эхом разносился по туннелю, порождая причудливую какофонию. Единственное, что тут немного ободряло, это тепло. Мороз был не властен над подземными просторами.
Шаг за шагом, они все дальше и дальше уходили от точки входа. Туннели становились все уже и уже.
«Похоже не врал мелкий насчет поплавать. А я, дурак, давай за ним идти».
– У тебя есть имя? – поинтересовался Таск, пытаясь хоть как-то отвлечься от удушающего, навязчивого запаха стоков.
– Имени нет, – ответил худощавый мальчуган. – Есть кличка – Старый.
– Старый? – удивился Саваат. – Но ты не старый. Странное прозвище.
– Ничего странного. Старый – это не показатель возраста, а признание старшинства и уважение. Понимаешь?
– Пожалуй, что да. Хотя я раньше думал, что клички обычно бывают говорящими. К примеру, как у тех воришек, что сегодня ночью задержали на воровстве. Как их там? ... Косой, Рябой, Седой, Мокрый и… Непонятное такое словечко.
– Чуча, – помог Старый.
– Вот-вот, – удивился знаниям проводника тетронил.
– Их ты первым делом отпустишь на свободу, – назидательно заметил паренек. – Они мои друзья.
Таск немного опешил:
– Да как я это сделаю? Они же на воровстве попались!
– А кто не ворует, тетронил?
– Но…
– Ты тетронил и можешь все. У тебя власть. Используй ее. Иначе кончишь, как твой предшественник.
– А что тебе известно о смерти Листа Лотиса?
– Да немногое, – пренебрегая своим советом по дыханию, вздохнув, ответил Старый. – Но думаю, его какой-то наемник убил, а потом инсценировал все под расправу людоедов.
– А почему так думаешь?
– Потому что не было голода, чтобы людям людей есть, тем более таких, как тетронил. Лист просто много кому в пику чего говорил, реже и делал. Может, если бы делал больше, был бы жив. При этом много обо всех знал.
– Откуда такие познания, Старый?
– Так я с ним работал. Я ему рассказывал, что знаю, а он меня и моих друзей прикрывал, если попадемся. Но ты не подумай, мы не наглели, так, по мелочи, перекупщиков обирали да по-тихому с торговых складов подворовывали.
Парень остановился и прислушался. Где-то поодаль истошно запищала крыса.
– Что-то не так? – тоже прислушиваясь, уточнил Таск.
– Да нет, – махнул рукой Старый. – Вроде как, одна крыса другую пожрала. Тут такое бывает.
– Хм, – ухмыльнулся Таск. – Теперь тут, в лабиринте туннелей, будет обитать крыса-крысоед. Совсем как людоед.
– Пожалуй, ты прав, тетронил. Тут дальше направо, пойдем. Вон, видишь развилка.
Таск, как ни всматривался в темноту, пока ничего увидеть не мог.
– Далеко еще? – снова заговорил Саваат, когда они миновали поворот и оказались совсем в узком и невысоком проходе, где стоки резко поднялись почти до колен, еще немного, и они перехлестнут верх сапог.
– Не. Почти на месте.
И действительно, миновав узкий проход, они снова попали в широкий туннель, где с потолка вниз в разных местах спускались несколько лестниц.
– Вот и пришли. Поднимайся. Эта, – Старый указал на одну из лестниц, – ведет прямиком на середину площади перед твоим участком.
– Спасибо, – сказал Таск, протягивая пареньку руку.
– Не боишься замараться, – заметил Старый, – это хорошо. Потому как на твоей работе руки всегда по локоть в дерьме. И это еще не самый плохой результат и не самая плохая субстанция.
– Бывай, малой.
– Я Старый. Малой – это другой мой друг.
Таск полез по лестнице, а проводник оставался внизу, подсвечивая ему выход факелом.