– Меня зовут Равеор О’Рай. Да, я буду с говорить с тобой, тетронил. И поверь, мне есть что тебе сказать, но только с глазу на глаз и как равный тебе.
– Ишь, чего захотел, – усмехнулся канут в фартуке, – ты подчиненный, а не равный, ты плененный преступник, так что обращайся к тетронилу на «вы», как положено. И не мечтай, никто не уйдет из этой комнаты по твоему желанию.
– Посмотрим, – надменно бросил Мясник.
– Руф, – обратился к своему заместителю Таск, – я правильно понимаю, что ранее он не называл своего настоящего или вымышленного имени?
– Именно так.
– Хорошо, – Саваат оценивающе оглядел внушительные оковы на руках пленного и, решив, что они достаточно крепки и надежно сдерживают Равеора, приказал: – Оставьте нас наедине.
Руф, уже привыкший к неожиданным поступкам своего начальника, ничего не говоря, вышел вон. Канут в фартуке как-то ошалело посмотрел на тетронила, тем самым немного замешкавшись, но и он покинул комнату для дознания.
Как только тяжелая, окованная металлическими листами дверь практически бесшумно затворилась, Равеор снова заговорил:
– Итак, тетронил, что ты хочешь услышать от меня? Может, то, что я уже сотню раз рассказал твоим псам?
– Меня интересует многое, – стараясь оставаться невозмутимым, борясь с раздражающим обоняние запахом серы, ответил Таск, – и то, что ты уже говорил, и то, о чем ты умолчал.
– Так садись и спрашивай.
Саваат не спешил садиться за стол, его вполне устраивало расстояние между ним и Мясником.
– Вижу недоверие, – надменно заметил Равеор. – В знак моей открытости, сделаю первым шаг навстречу, избавлю тебя от создающего неудобства запаха.
Не успел Мясник договорить, а серой уже почти и не пахло, что удивило тетронила, но он постарался не подавать виду.
Таск собрался с мыслями и спросил:
– Откуда ты пришел сюда?
О’Рай иронически улыбнулся, отвечая:
– Издалека. Но я понимаю, что тебя не удовлетворит мой ответ, поэтому уточню, хотя мои предельно предметные слова все равно не удовлетворят тебя. Я прибыл в О’Леосс прямиком из ада.
Таск, слушая ответ, мог поклясться, что в глазах Равеора в этот момент на мгновение заплясали желтые языки пламени. Саваат отвел взгляд в сторону.
– Пусть будет так, – решив подыграть собеседнику, сказал тетронил, снова взглянув на Мясника, глаза которого вновь обрели обычный человеческий вид, излучая холод и надменность высокородного. – Допустим. Но что тебе понадобилось в О’Леоссе? Почему, к примеру, не прогуляться из ада в Замнитур?
– Хорошая шутка, только с той стороны, насколько мне известно, сложно попасть на эту, в то место, куда ты хочешь. Куда уж успел выскочить, туда и попал.
– Ты демон? – с трудом заставил себя произнести вопрос Таск.
– Смотря кого считать демоном? Если любого, кто смог вернуться оттуда, – Равеор кивнул головой, указывая за свое левое плечо, – то да. Если нечто иное, то скажи мне, кого ты называешь демоном?
– Ладно. Давай зайду с другой стороны. Ты считаешь себя человеком, который вернулся в мир живых после того, как умер?
– Человеком?! – надменно произнес Мясник. – Я не человек, а бессмертное божество, властвующее вечно.
– Ясно. Тогда, раз ты не человек, то почему ты в человеческом теле, почему называешь себя человеческим именем, почему ведешь себя как человек? – осыпал градом вопросов собеседника тетронил, а потом добавил: – И вот еще что, если ты всевластен, то пусть падут оковы с твоих рук.
Тут же Таск испугался того, что предложил Мяснику, но, к счастью, ничего не произошло, кандалы остались на своем месте.
– Не веришь мне, – прошипел Равеор и, немного помолчав, ответил: – Я скован этим телом, как кандалами. Нельзя летать, не имея крыльев. Это тело не мое. Имя, которым я представился, принадлежит тому бедолаге, у которого я позаимствовал эту плоть.
Таск, как бы неправдоподобны были россказни Мясника, был склонен верить тому, что слышал.
– Раз тело – оковы, то избавься от него, – предложил Саваат.