Оказавшись на месте, Верлас несколько скис, так как предстояло нарушить требование Итель, держать все в секрете, да и не хотелось ему выкладывать все свои козыри. Наемник, сказав, что сначала капитан должен кое-что увидеть, произведя нехитрые манипуляции, оживил зеркало, воспроизведя свой разговор с посланницей Башни Драхмаала. Когда зеркало Леокаллы, исполнив свое предназначение, обрело обычный вид, капитан, побагровевший от злости, со всего маху влепил наемнику в челюсть, отправив его на пол. Скорее всего, дальше завязалась бы драка с печальным для кого-то концом, но Дальго отважно встала между выхватившим из ножен кортик Корвином и поднявшимся на ноги Верласом, подхватившим с пола увесистый дубовый табурет.
– Если вам дороги ваши дети! – рявкнула на мужчин, которые были старше ее лет на двадцать-тридцать, Илиса, словно обращаясь к повздорившим подросткам. – Тогда немедленно возьмите себя в руки. Если вы искалечите здесь друг друга, от этого вашим родным не станет легче. Все, разошлись!
Напор молодой девушки возымел положительный эффект и пусть нехотя, но мужчины разошлись по углам комнаты. Верлас стал рассказывать то, что уже было известно Илисе, добавив немного красок, давя на чудовищные способности Итель подчинять себе волю людей, при этом не забыв сообщить о своем недоумении, зачем, имея такие возможности, посланнице Башни, по сути, нанимать кого-то для выполнения дела по розыску и доставке ей Илисы Дальго.
Капитан возмущался тому, что такие важные сведения он узнал только сейчас. Верлас же гасил гнев Корвина, напоминая о не сразу возникшем доверии и согласии между ними двоими, а также апеллируя к отсутствию возможности спокойно пообщаться.
Наконец гнев капитана пошел на убыль. Через некоторое время все трое сидели за столом и обсуждали планы по возвращению взятых в заложники детей и том, как им покинуть Замнитур малой кровью. Илиса очень активно включилась в обсуждение планов. Девушка горячо отстаивала свое участие в любых предлагаемых авантюрах.
Верлас украдкой заглядывался на нее. До этого момента он видел Дальго только в роли капризной высокородной девчонки, привыкшей, что все ее капризы всегда удовлетворяются. Хотя девчонкой она уже давно не была, ведь Дальго была супругой почившего ныне Ахиила Кира. Верлас, заслушиваясь речами девушки, понял, что ошибался в своих прежних выводах об этой хрупкой натуре. Вместе с тем Илиса была стройной девушкой, наемнику она напоминала грациозную антилопу. Обычно, как и все замужние высокородные женщины, она предпочитала заплетать волосы в косу или косы, но сейчас ее каштановая грива была распущена. Дальго постоянно жестикулировала при разговоре, и волосы так и норовили упасть ей на лицо, поэтому она постоянно поправляла их, закидывая на правую сторону.
«И как я удержался, когда она налетела на меня, как ураган», – дивился своей выдержке наемник.
Разговор выдался рваный, ни к чему конкретному прийти не удалось. Глубокой ночью Корвин и Илиса, придя к мнению, что утро вечера мудренее, покинули наемника, который наотрез отказался возвращаться на праздник к королю. Он физически и морально был опустошен и просто хотел спать. Илиса, уходя, обняла его и, поцеловав в щеку, прошептала:
– Спасибо, я благодарна тебе за все.
Наемник, затворив за гостями дверь, устало плюхнулся на кровать и, не раздеваясь, сразу уснул, сладко похрапывая. Ему не снились сны, а утро принесло головную боль и страшные новости.
Началось все не так-то и плохо, король звал его на встречу. Верлас решил, что речь идет о проведении задуманного совета, но гонец с белой повязкой на рукаве ответил, что Ферсфарас ожидает наемника на замковой стене. Это заставило с тревогой вспомнить встречу с Фернететом в так называемой библиотеке без книг. Только страшиться пришлось другого.
Всю ночь шел снег, к утру выросли сугробы в локоть, а где и в два. Теперь он закончился и на улице было ужасно холодно, и это накладывалось на «колотун», последствия выпитого вчера Верласом хмельного. Ченезар только начинал свое восхождение, поэтому внутренний двор за стеной, смотрящей на восток, был затенен.