– Давай об этом в другой раз. Лучше расскажи мне о том, кто такой был Лист Лотис.
Паренек с неким подозрением взглянул на Саваата.
– Странные вопросы тебя сейчас волнуют, учитывая, что вокруг тебя творится. Но дело твое. Твой предшественник был воякой до мозга костей. Мыслил, как военный, эти враги, эти наши, а те стоят над боем. В общем, простая у него была картина мира. Вот взять меня, вроде враг, а кто еще для тетронила вор, но я с ним стал сотрудничать, разом превратившись в своего. Вот таков был его мир. В целом дядька он был неплохой, как и все, любил немного хмельного взять на грудь, забегал к женщинам в красные дома, но так, чтобы без особой огласки. Женат был, у него остались сиротами двое детей.
– Женат? А кто его жена и чем теперь занимается?
– Она высокородная и кому как не тебе знать, что высокородные дамы ничем не занимаются, кроме того, что сосут из мужей их кровь.
Таск так не считал, но запомнил слова Старого, кивая в ответ.
– Она, к слову, недолго горевала по мужу. Черное и траур она по нему носит, но по ее лицу не скажешь, что она перенесла невосполнимую утрату.
Воришка отпил сидра, смочив горло, и предложил жестом Таску последовать его примеру. Саваат так и сделал.
– Что еще сказать о Лотисе… Да, пожалуй, все.
«Человек как человек, ладно», – взвешивал про себя Таск, а потом уточнил:
– А ты не слышал, чтобы в гарлионе говорили о том, что моего предшественника и не убивал никто?
– Да, – спокойно ответил Старый, – и такую байку слышал. Все потому, что останки тетронила были так изуродованы, в них, при желании, можно было узнать кого угодно. Но, если тебя это интересует, я все же склоняюсь к тому, что убит он. Может, и не Мясником, но точно убит.
– Я тебя услышал, – потягивая сидр, сказал Саваат. – А что вообще насчет сплетен и слухов в гарлионе?
Паренек расплылся в милой улыбке.
– Гарлион как всегда бурлит домыслами о том и сем. Фантазирует люд.
– Это понятно, но, во-первых, мне интересны только самые, на твой взгляд, разумные рассказы, а во-вторых, если слух не погибает, а продолжает жить, значит в нем есть зерна правды, которые хотелось бы отшелушить от плевел, – деловито продолжил Таск.
Старый задумался.
– Насчет разумных историй я не уверен, но есть то, что, как мне думается, важно. Вот смотри, многие сейчас судачат об исчезновениях в подземельях, где расселились беженцы. Люди пропадают. И причина не ясна. То, что говорят о попытках разведать лабиринты бедолагами из бездомных, это правда, но ведь исчезают и те, кто не лезет на рожон. Ляжет спать ватага беженцев вокруг костра, а наутро одного или двоих из своих не досчитается.
– И что ты об этом все думаешь?
– А что думать-то, тут что хочешь думай, а пока до истины вроде как никто не докопался. Но есть у меня среди жителей подземелья один человечек, Рыка звать, такой суетной малый, любит совать нос не в свое дело. Этот обормот как раз из тех, что лабиринты под гарлионом обходит, сокровища ищет. Так вот, он утверждает, что уже несколько раз ему приходилось в туннелях встречать некоторых высокородных.
Таск прервал свое блаженное потягивание хмельного и пристально поглядел на собеседника.
Парень уловил сменившийся настрой и, покачав пальцем, протянул вперед руку.
– Что? –непонимающе смотря на жест воришки, спросил тетронил.
– Плати. Слухи слухами, а подробности стоят денег. С тебя десять серебряных гралов.
– А не жирно будет? – поперхнувшись, уточнил Таск.
– В самый раз.
Саваат достал кошелек и извлек из него требуемую сумму, оплатив свой интерес.
– Отлично, – попробовав металл на зубок, заключил Старый и продолжил: – Рыка – местный и своих высокородных хорошо знает в лицо. Лазал по проходам и увидел идущих с факелами. Притаился, а те, ослепленные светом, его и не приметили. Глядит, Мотис Альп и Вемил Канул идут. Он разом решил, что тут нечистое дело. За ними пошел, но потерял их. Вроде были тут, а вот перед ним тупик. Сначала Рыка не понял, как такое могло получиться, а потом смекнул, есть где-то потайная дверь. В первый раз он ее не нашел. Однако, когда во второй раз все там же, в то же время спустя пару дней приметил тех же, все понял наверняка. Поближе к ним подкрался, рисковал, но думал денег поимеет с того. В общем, узнал, как открывается проход, но в тот день не пошел по нему, боялся столкнуться с высокородными. Днем позже наведался и открыл потайную дверь, дошел до конца туннеля. А там выход наружу в районе садов О’Леосса, то есть на вражьей территории. Он хорошо замаскирован и возле него не было ни души.