В свете догорающих людских тел было хорошо видно, что происходило с теми, кто попал в руки нападающих. Одержимые облепляли тела поверженных и зубами, как волки или стая диких собак, рвали мясо с еще живых людей. Это было ужасно как по своей сути, так и по внешнему виду.
И снова гулкий грохот и вспышка. Отважный одиночка пробился к ощетинившимся мечами и пиками замнитурцам. Еще одна вспышка.
Значительно поредевшая кучка людей оказалась у туннеля, ведущего наверх. И, казалось, им больше ничто не сможет помешать выбраться, но это только казалось. Внезапно одержимые стали валиться на них откуда-то сверху. И разом сопротивление было сломлено. У самого входа на пол рухнул последний светильник. Саваату показалось, что в последний момент, когда еще был свет, кто-то, двигаясь как нормальный человек, успел прошмыгнуть в спасительный туннель, но уверенности в том не было.
Таск прерывисто задышал, понимая, что все кончено.
«Сколько же этих уродов тут, под О’Леоссом, собралось?»
Ответом ему было шипящее и тявкающее звериное демоническое стадо, внешне еще походившее на людей, но по сути совсем не являющееся таковым.
Не только тетронил впал в ступор. Все его спутники завороженно наблюдали за происходящим, не решаясь сдвинуться с места.
Саваат увидел, как несколько одержимых подтащили замнитурца в доспехе к горящему телу собрата по стае и бросили человека в огонь. Тот постарался откатиться и встать, но его снова сбили и вернули на пламя, схватив за руки и ноги, не давая ему возможности повторить побег. Несколько из одержимых стали кидать в костер дреки пик и какие-то тряпки. Огонь быстро разгорался, облизывая металлическую броню. Замнитурец завопил, пламя проняло его, несмотря ни на что.
В этот момент его отпустили. Человек на карачках выполз из костра и принялся пытаться снять шлем, закрывающий полностью его голову. Как видно, там был некий хитрый механизм, который не позволял беспроблемно проделать эту простую, казалось бы, манипуляцию.
Видно, этого и желали от замнитурца одержимые. Его тут же облепили, шипя и вопя, демонические создания, но они не стали его рвать на части, как проделывали это с другими своими жертвами. Пока часть одержимых держали за руки и ноги замнитурца, другие из них расступились, пропуская к плененному кого-то из своих сородичей.
Одержимый шел не спеша и что-то вроде как напевал. Утробные звуки, исходящие из его глотки, звучали отвратительно. Он встал над поверженным и демона залихорадило от смеха, который перешел в кашель, а потом в собачий лай.
– Теперь ты мой, Евгений Дорг, как и все твои замнитурцы! – изрыгнул одержимый, перегрызая себе вены на левой руке.
Таск явственно увидел, как глаза демона заполнило желтым, даже нет, золотым пламенем. Чудовище склонилось над замнитурцем и укусило его за шею или ухо. После этого оно захохотало и прижало свое разорванное запястье к месту укуса человека. Спустя мгновение замнитурец судорожно задергался в конвульсиях.
«Что же там происходит?» – с ужасом подумал Саваат.
Оцепенение спало с тетронила и его людей, когда по стенам зала прокатилось эхо боевого горна. В нижний зал в свете факелов стали заходить ряды вооруженных до зубов замнитурцев.
В считанные минуты одержимые были перебиты все до одного, как всегда они не желали отступать и бились ожесточенно до самого конца. Евгению Доргу помогли подняться на ноги, и он на своих ногах покинул место боя. Замнитурцы тут же принялись собирать тела убитых в кучи и, обливая тела какой-то жидкостью, поджигать их. В туннели, что вели в подземелье, они войти не решились.