Таск мчался к своим. Теперь он видел, что творится у стен О’Леосса. Их накрыл шквальный град горящих снарядов. Часть из них пока безуспешно, но все равно упорно пыталась пробить брешь в крепкой каменной кладке. Другие активно прорежали ряды гральской пехоты, которой, к слову, временами доставалось и со стен гарлиона, откуда летели в своих же пусть и редкие, но наносящие существенный урон заряды из «пожирателя», который был перемешан с металлической стружкой.
«Выходит, кто-то из тех, что на стенах, предали нас! Похоже стража гарлиона».
Но не все стены были под контролем предателей. Саваат видел, что на многих ее участках кипел бой.
Некоторые замнитурские снаряды из метательных орудий перелетали через стену, падая на дома О’Леосса, часть из которых загоралась. Таск видел клубы дыма, что начали подниматься над гарлионом.
Все трое южных ворот, через которые на поле вышла армия Гралии, были закрыты.
«Опять предатели постарались! Там же как раз стояли личные воины высокородных гарлиона. Как же они все продумали-то, все обговорили заранее. Куда нашим отступать теперь. Одна надежда на гральских лучников, при условии, что они сначала возьмут верх в противостоянии на стенах».
Навстречу Таску выехал небольшой разъезд из конных лучников.
«Отлично, теперь замнитурцы точно спрыгнут с моего хвоста».
Удары орудий сосредоточились на стене.
Таск замедлил ход начинающего хрипеть, выбившегося из сил коня, приближаясь к конным лучникам. Когда они наконец встретились, он узнал в них своих старых знакомых. Это были его младшие зерты из т’больцев, которыми он руководил при сражении, когда они пробивались к О’Леоссу.
– И снова мы под стенами и надо войти внутрь, – пошутил Ласлом, тот, что рослый и лет на десять был старше Таска. К его шраму, идущему сверху вниз от уха к ключице, присоединились еще два, пусть и не таких эффектных, как первый, но тоже довольно существенных на левой щеке и лбу.
– Да, и снова встретились, – пожав Ласлому руку, ответил Саваат, интересуясь: – Кто сейчас командует?
– Да никто особо. Высокородные смогли только договориться о том, что заложников надо перерезать, и сделали это. Дальше вроде метнулись к воротам, но их тут же закрыли. Теперь младшие зерты пытаются совещаться, что делать дальше.
– Это плохо. Надо не говорить, а действовать. Давай за мной!
Т’больцы, не задумываясь, последовали за тетронилом.
Пока они ехали к начинавшим редеть рядам гральцев, метательные орудия пока не совсем хорошо были пристрелены, ситуация снова изменилась. Со стен у юго-западных ворот, которые, в отличие от самих ворот занимали точно гральские лучники, полетели вниз веревочные лестницы и канаты. Пешие у стен, увидев возможность спасения, ринулись к ним, что неминуемо породило сумятицу и давку. К южным воротам подкатили наспех сооруженный таран, принявшись их пока безуспешно выбивать. Юго- восточные ворота и прилегающие к ним стены без вариантов были в руках предателей, именно оттуда в гральскую пехоту пытались забрасывать «пожиратель», но уже без особого успеха, так как воины снизу перегруппировались и отошли от стен на безопасное расстояние.
«Хорошо, что дальше – пытался найти выход Саваат. – Думай, Таск, думай».
Замнитурцы не спешили атаковать живой силой, складывалось впечатление, что они решили выиграть этот бой только при помощи камнеметов. Их снаряды никак не желали иссякать. Враг выстроился перед гарлионом полумесяцем, охватив полностью южные подступы к О’Леоссу и частично западные и восточные, то есть север оставался относительно безопасным. С этой стороны имелись только замнитурские разъезды, которые старались не подходить близко стенам.
– Войдем в гарлион с северо-запада, на воротах стоят еще и кануты, нас пустят, – выкрикнул Таск, и в тот же момент прямо над его головой стремглав пролетел увесистый камень, который, не долетев до первых рядов пехотинцев, смачно плюхнулся на землю.
– Твою ж, – выдохнул Саваат. – Ходу отсюда, ходу. Пройдем в гарлион, я соберу канутов и другие силы, и мы отобьем юго-западные ворота, там будет проще, по-видимому на стенах наши.