– Да как ты смеешь отказывать мне?!
– Смею, – быстро перебил командующего Фернетет. – Я наместник короля в О’Леоссе, а ты командующий армией. В гарлионе я хозяин, а ты можешь приказывать и требовать там, в поле.
Евгений аж затрясся от злобы. Но… Он проглотил слова своего земляка. Командующий резко развернулся и зашагал в сторону темной улочки.
– А ты не боишься ходить в одиночку?! – окликнул Дога Фернетет. – Гарлион еще не весь наш.
– Не боюсь, – повернув в пол-оборота голову, ответил Евгений. – Да и потом, кто тебе сказал, что я один?! Ты лучше о себе побеспокойся и о тех, кто еще тебе не сдался. Это теперь твоя головная боль, я увожу из гарлиона свои отряды.
В следующий момент Дорг, стоящий на границе света и тьмы, быстро прошмыгнул во мглу так, как это делают обычно крысы, спеша убраться с глаз долой.
Часть V Глава 16. Апрель
Гость незваный холод не согреет душу.
Он пришел нежданно и владеет миром.
Что ему до плоти, что всегда трепещет.
Что ему до жизни, смерть ему подруга.
Снег, что сыплет с неба, на снега ложится,
Стужа укрепляет стены бастионов.
Холод душит землю в ледяных объятьях,
Властвует над миром гость, тот, что был незваный.
Но настанет время и падут оковы.
Зиму торопится навестить сестрица.
Зима не вечна, как и все в этом мире. Холод сменяется теплом, чтобы потом снова уступить место холоду. Пришел день, которым повелевал бог перемен, носивший имя, как во всех Гралиях, так и в Замнитуре, Апрель. Он изображался в виде среднего роста юноши складного телосложения, с черными кудрявыми волосами, немного угловатым лицом и глазами цвета спелой черешни. Странное это было божество, ему принадлежали только два дня в году, но эти дни многое значили для людей. Если его зимний день выдавался теплым и ясным, то, значит, скоро лету принимать бразды правления и серьезных холодов более не будет. Но сегодня было холодно, лучи Ченезара были отгорожены от мира людей стеной воинства туч. Плохой знак. Тепло еще придет не скоро.
Верлас стоял на палубе исполинских размеров корабля, что был флагманским судном и носил название «Великий Замнитур». Холодный северный ветер дул ему прямо в лицо, умывая пригоршнями дождевых капель. Он уже промок с ног до головы, но этот момент не мог пропустить, поэтому и сменил уют своей личной роскошной каюты на неприветливый кусок кормовой палубы. И все потому, что «Великий Замнитур» заходил в гавань порта О’Леосс. Вот она его страна, вот она Гралия!
Компанию наемнику составил Пес, который не поленился и последовал за человеком, променяв тепло на холод. Но, как видно, это было не самым страшным лишением для псины, тут животное решило проявить единодушие. Собака вытянулась и внимательно всматривалась в постройки, расположенные на приближающейся береговой линии, словно копируя поведение и даже выражение лица Верласа.
Видя это краем глаз, наемник опустил руку и, потрепав собаке загривок, произнес:
– Хороший, хороший, беглец ты мой паршивый. Как жаренным запахло, так дал стрекача, а только все встало на свои места, так тут как тут. Знаешь, где на халяву поесть можно. Ух, ты!
Пес, сдвинув брови, наслаждался лаской, как сделала бы на его месте любая другая собака, но наемник знал, что эта псина не простая. В чем ее секрет, он так и не разгадал, но с недавних пор точно решил, что с этим животным что-то не так. Поэтому человек стал более внимательно наблюдать за Псом.
Оставив мохнатого в покое, Верлас опять принялся следить за тем, как флагман, словно акробат, балансируя на всклоченных волнах, прокрадывается в относительно тихую гавань.
Со дня спасения в подземельях под замком Стоулрок прошло уже немало дней. Зима то усиливала, то ослабляла свою хватку, но лето неминуемо приближалось, а это означало, что скоро станет тепло. Хотя по сегодняшнему дню сказать о его близости язык не поворачивался.
После фактического поражения, обернувшегося безоговорочной победой, король Ферсфарас Фернетет принял окончательное решение по великому переселению замнитурцев. Несмотря на то, что нелюди разом пропали, куда-то отступив с его земель, перестав держать в страхе его малые и большие очаги, но он все равно решил переместить большую часть своего народа на запад, в Гралию, как ранее только предполагалось.