До встречи на поле боя Калия ничего примечательного не слышала о лидере восставших Шор Кане. До бунта его словно и не было, она никогда не встречалась с ним лично. Родным одуумом клана Канов был Холодный ручей, он расположился в одной из долин на юго-западе хребтов Твалирона. Хель там не бывала и знала только то, что мужчины из клана Ра всегда почтительно отзывались о горцах, живущих в Холодном ручье.
Когда девушка повстречала во время сечи Кана, ей показалось, что лидер восставших как-то легкомысленно относится к ведению боя, всецело бросив свои силы в атаку, никак не позаботившись о тылах и флангах. За что, собственно, он и поплатился, проиграв и попав в плен.
Нужные люди, в отличие от зерта мятежников, выжили и неплохо устроились, промышляя поборами на большой дороге по обе стороны от моста через Анарикор, успешно уходя от преследующих их представителей властей, так как знали все входы и выходы. Именно поэтому Калии был нужен как воздух Годорт Саро.
– Так где же мы отыщем твоего товарища? – покачиваясь в такт движению коня, уточнил Верлас, который знал о искомом только то, что это горец, который живет разбоем на дороге.
– Недалеко отсюда есть небольшое поселение. Названия его я не помню, да и не это важно. В красном доме той деревушки мы разыщем человека по кличке Квакша, который поможет нам выйти на нужного человека.
– В красном доме говоришь, – хмыкнул наемник.
– Да, именно там, – не понимая, что не так, подтвердила она. – И в том месте нам предстоит провести день, а может два, пока не вернется Квакша с вестью от Годорта Саро. Тебе что-то не нравится?
– Что ты, что ты, – наигранно ответил наемник, – все просто прекрасно, едем прямиком в лапы грабителей да и еще о себе им сообщаем через их информатора. Ведь Квакша, как я понимаю, осведомитель. Верно? Верно. Уж точно этот Квакша не для организации теплых встреч между тобой и Годортом сидит в красном доме. А занимается он тем, что выглядывает постояльцев, кто побогаче, а потом доносит весть о том твоему Саро. И если впоследствии разбой удается, то доносчик имеет с этого дела процент или фиксированную выплату. Так ведь? Можешь не отвечать. Так оно и есть.
Калия как ни в чем не бывало взглянула на наемника сверху вниз и поинтересовалась у него:
– Тебя что-то во всем этом смущает? Каждый зарабатывает на свой кусок хлеба, как может. Ты вот чем лучше? Они грабят и убивают для себя, а ты делаешь то же, но для других.
Верлас отмахнулся от нее:
– Я без надобности не вписываюсь в грязные дела, а они только тем и занимаются, что постоянно копошатся в болотной жиже. Но, если честно, мне без разницы, кто они такие и чем занимаются, главное, чтобы нам сейчас помогли. Просто непривычно слышать от такой, как ты, той, что служит в регулярной гральской армии, высокородной, как ни крути, такие вот циничные высказывания. Не знаю, что там у тебя за проблемы с местными властями сейчас, но просто гляжу на тебя и пазлы не складываются. Я думал, ты за порядок и все такое.
– Правильно думаешь, – немного поразмыслив, заключила Хель Ра, – так и есть, я за порядок. Просто сейчас для того, чтобы воцарился порядок, надо обратиться к тем, что сеют хаос и разрушение.
– И что будет, когда порядок установится? Ты перейдешь на сторону победителей и поможешь расправиться с твоими знакомыми разбойниками?
– А почему бы и нет, – ответила она. – Только я уверена, что мне не придется помогать расправляться с другими горцами.
– Это еще почему?
– Все просто, они тоже перейдут на сторону сильного и разом станут законопослушными. Разве ты не знал, что горцы всегда на стороне победителя и поэтому никогда не терпят поражения.
– Но стоит сильному дать слабину…, – начал Верлас.
– … и горцы припомнят все обиды и годы унижения, – закончила Хель Ра.
– Такое мне не по душе, – решительно заявил наемник. – Хотя и я не ангел во плоти, но так поступать не следует. Выходит, верно говорят, что нельзя верить лживому горцу.
– Нет, такое мелят только пустословы и глупцы. Доверять горцам можно, нужно, а главное, полезно. Просто нужно быть сильным. Только тот, кто силен, достоин уважения, а слабый в природе не жилец, он обречен на скорую смерть.