Те же вопросы были и у Калии, но она не спешила узнавать о цене прохода по мосту. Она прекрасно понимала, что некоторые ответы лучше не знать. Так легче жить.
Но вот переправа осталась за спиной, и Хель Ра облегченно вздохнула. Вокруг было совсем по-летнему тепло, хотя зима еще и гримасничала, на что лето отвечало ей милой улыбкой в виде усеянных весенними цветами полей и плодовых деревьев и кустарников. Ченезар только перевалил за полдень, поэтому сил для свершений было хоть отбавляй. Именно в этот момент Калию нагнал Верлас.
– Ты меня не перестаешь удивлять, наследница горского одуума, – без какой-либо иронии сказал наемник. – Ты действительно знаешь «нужных людей».
– Я рада, что умею творить чудеса, только давай не будем на каждом шагу говорить о моем статусе. Они знают, кто я, тебе от Теллоина Фернетета известно многое. Давай этим и ограничимся.
Верлас кивнул.
– Я хочу, чтобы ты знала одну вещь, – немного помолчав, начал он. – Мне не хочется, чтобы между нами стояли тени прошлого. Поэтому, не призывая тебя что-либо забывать, желаю, чтобы ты понимала, прежнего Верласа, того, которого ты знала в походе по Западной пустыне, уже нет.
– Тени прошлого? – негодуя внутри, ледяным тоном спросила она. – Значит так теперь следует называть попытку убийства? Легкий путь выбран тобой, чтобы уйти от ответственности.
Наемнику слова довались с трудом, по нему было явно видно, что он не горел желанием полемизировать.
– Хель…, то есть Калия, я не прошу простить меня, то что сделано, за все придется заплатить. Но люди меняются, об этом я говорю.
– Хорошо, – опустив тысячи колкостей, родившихся в ее возмущенном разуме, заключила она. – О каких переменах ты говоришь?
– Я..., – начал и тут же замолчал Верлас. – Я видел такое… Нет. Не так.
Он замолчал.
Калия, которая мгновение назад была готова вылить на голову то ли кающегося, то ли издевающегося над ней проходимца и негодяя ушат с дерьмом, неожиданно задумалась.
«Как-то не вяжется такое поведение. Наемник – прожженный малый и тут мямлит что-то, как ученик, невыучивший урок, перед учителем».
– Ладно, пропустим суть твоей метаморфозы, – примирительным тоном произнесла девушка. – Что дальше? Изменился ты, надеюсь, в лучшую для меня сторону, и что с того?
– Давай так, – оживился Верлас. – Объясню тебе так, чтобы и ты сразу все поняла и мне было просто рассказывать.
Калия насторожилась, не совсем понимая, шутит ли над ней сейчас мужчина или просто-напросто издевается.
– У меня теперь новый работодатель, – сообщил Верлас. – Он открыл мне глаза на очень многое, дал работу и вложил в мои руки необходимые инструменты, чтобы делать ее на славу.
Девушка поймала на себе выжидательный взгляд наемника.
– И? – решила подыграть ему она. – Кто же твой работодатель? И при чем тут перемены в тебе?
– Скажу так, мой работодатель очень влиятелен, пожалуй, самый влиятельный среди тех, кто имеет власть. Под его рукой буквально весь мир. Теперь моя работа – помогать всем людям становиться самими собой. Я очищаю их, делаю их снова свободными, и они могут жить дальше, будучи хозяевами самим себе.
– Свободными? Это как? Что ты имеешь в виду?
– Свободными от довлеющих над ними сил. Я как-нибудь покажу тебе, как это происходит, на словах ты мне все равно не поверишь.
Наемник казался искренним, хотя нес какую-то чушь и все больше говорил загадками.
– Пусть ты изменился, а что с того мне? – проявила толику здравого рационализма девушка.
– Мой наниматель имеет много исполнителей в делах. Вот помнишь необычного человека по имени Шуеш, которого мы повстречали в перелеске с десяток дней тому назад? У нас с ним один господин. Шуеш говорил о том, что ты тоже важна для общего дела. Поэтому я и завел этот разговор. Мы на одной стороне, Калия, и речь не только об освобождении близких мне людей, но о более длительных делах.
Калия удивленно посмотрела на наемника, переваривая услышанное.
«Ничего не понимаю!»