Второй уровень – там жили Савааты, их гости и учителя детей. Тут уютно, комнаты были на порядок просторнее, чем внизу.
Третий уровень – чердак, место обитания любимцев Алеаланны, паучков. Странная связь девочки и этих маленьких вездесущих существ была необъяснимой. Она возникла сразу, как ребенок родился. Мама рассказывала ей, что в один из первых дней ее рождения случилась престранная история, когда она, устав, прилегла отдохнуть на кушетку, а очнувшись обнаружила, что в пологе колыбельки ее дочки свил паутину жирный черный паук с большой кляксой синего цвета на спине. Лета очень испугалась за ребенка и возмутилась наглости непрошенного гостя. В общем, для него тогда это плохо кончилось. Соя же добавляла в эту историю свои три слова, говоря, но только не в присутствии хозяйки и хозяина, что паук сжалился над ребенком, решив оградить ее от заполонивших все вокруг в те дни начала лета комаров.
Нынешнее путешествие девочки ограничилось прогулкой по второму уровню дома, который отец всегда называл первым этажом. Ночка последовала за девочкой, мешаясь под ногами, так проявляя свою благодарность за данную ей сметану.
– Ладно тебе, Ночка. Ну перестань.
Незаметно для себя Леа оказалась перед комнатой мамы. Она хотела постучаться, но что-то остановило ее. Девочка просто взялась за ручку двери и, тихонько потянув ее вниз, приоткрыв узкую щель, проскользнула в комнату. Ночка, почувствовав охотничий настрой хозяйки, перестала тереться о ноги и, последовав за девочкой, тенью пронеслась под шкаф, затаившись в своем укрытии.
Лета, одетая в одну только сорочку, стояла у дамского столика и увлеченно чем-то занималась, да так, что ровным счетом никоим образом не заметила гостей. Леа на цыпочках прошла до шкафа, под которым пряталась Ночка, укрывшись за ним, и стала следить, чем занимается мама. Теперь две пары глаз внимательно следили за хозяйкой покоев.
На столе перед Летой царил творческий беспорядок – баночки с кремами, пудры, флаконы, какие-то украшения, все в хаотичном порядке громоздилось на его поверхности. Женщина, то нервно схватив какое-то украшение, принималась примерять вещицу, то отбросив ее в сторону начинала «наводить красоту». Поведение матери насторожило обеих зрительниц.
Неожиданно женщина заговорила:
– Поверь мне, ты пожалеешь обо всем, горько пожалеешь. И о том, что отправил меня заложницей к этим грязным оборванцам, и о том, что связался с этой патаскушкой, и том, что…
Женщина прервалась и пристально посмотрела на себя в зеркало. Лета смахнула с лица выбившийся из прически локон ее темно-русых волос, вытянулась, отвела плечи назад и, продолжая рассматривать себя, вновь заговорила:
– Как ты мог, грязный кнез, как ты мог променять такую красавицу на ?.. Ничтожество!
Лета судорожно взмахнула руками и шагнула к прикроватному столику, на котором стояла начатая бутылка красного замнитурского вина. Она быстро налила себя полный стакан и залпом его осушила. После этого женщина принялась ходить из стороны в сторону и, то причитая себе что-то под нос, то выкрикивая какие-то несвязные ругательства, корчить гримасы. Алеаланна пожалела, что тайком оказалась в покоях матери, но сбежать сейчас не могла, так как боялась быть разоблаченной.
– Ты пожалеешь, Теолон! И когда все поймешь, уже будет поздно! – пообещала Лета и неожиданно присела.
Леа испугалась, что матери стало плохо. Она шагнула вперед, частично выйдя из своего укрытия, но остановилась, видя, что ошиблась. Мать, лихорадочно скребя пальцами по полу, выложенному маленькими ловко подогнанными друг к другу лакированными дощечками, извлекла одну из них и, сунув руку в подполье, извлекла из тайника некий предмет.
Девочка молниеносно вернулась в укрытие, а мать, выпрямившись, прошла к дамскому столику. Она со стуком поставила извлеченный из-под половицы предмет, уперла руки в стол и, глядя на себя, принялась ядовитым громким шепотом рассказывать своему отражению свой план:
– Ты все видишь и все знаешь, моя дорогая. Не будь дурой! Если уж решила, то делай. В помощь тебе будет подарок жреца богини Леокаллы. Она натягивает на мир покров ночи, она властвует над мертвецами и тварями, что пострашнее, бродя с ними во мгле, она провожает Ченезара на покой, она же поможет тебе отправить на вечный покой твоего мужа!