Наемник выпрямился. Пес, по-видимому приписывая спасение человека исключительно себе, радостно тявкнул. Верлас стоял нос к носу с капитаном, глядя на его серое в предательском свете дождливого дня лицо.
– Хорошо, Корвин. Я тебя понял. Тогда ответь мне на один вопрос. Раз ты не нуждаешься в советах, то какого кнеза ты позвал меня на палубу? Или тебе просто потрепаться было не с кем?
Капитан выдержал напор наемника. Ответил не сразу. По его лицу читалось, что он не был уверен в чем-то и потому теперь не спешил говорить. «Летящий» успел оседлать очередную крутую волну, прежде чем Корвин выдавил из себя:
– У меня возникли проблемы, не могу связаться с Гатаром.
Верлас удивленно посмотрел на капитана, съязвив:
– Что, голубки и феллершильды в бурю не летают?
Дождь неожиданно на краткий миг резко усилился. Порыв ветра опустил на людей столб ледяной небесной воды. И тут же дождь опять ослабил хватку. Капитан, стряхивая с одежды воду, пропустил колкости мимо ушей, выкрикнув:
– Я не об этой связи говорю!
Корвин испытующе смотрел на наемника. Тот развел руки, давая понять, что ничего не понимает.
– Я знаю, что у вас есть зеркало Леокаллы, – наконец напрямик заявил капитан. – Мне нужно связаться с Гатаром. И как можно скорее.
Верлас удивленно уставился на собеседника, а потом, переведя укоризненный взгляд на Регрона уточнил:
– И откуда же такие познания?
Бывший страж, все больше молчавший, поняв невысказанные обвинения в свой адрес, поднял руки вверх, недвусмысленно намекая на то, что это не его вина.
– Нечего подозревать своего друга, – посоветовал капитан. – Это мой корабль, вот тебе и объяснение моей осведомленности.
– Ну так возьми наше зеркало и поговори с Иль Гатаром.
– Не могу. Нужна ваша помощь. Я не знаю символов, которые позволяют вам оживить его.
– Так ты наугад попробуй! – издевательски предложил наемник.
Капитан, скрежетнув зубами, заметил:
– С зеркалом такие шутки не пройдут. Леокалла умеет жестоко наказывать любопытных и непосвященных.
«А это интересно, – решил наемник. – Корвин знает о зеркале и его секретах куда больше, чем я. Но сейчас капитан нуждается во мне. Надо максимально выгодно воспользоваться этой возможностью, чтобы узнать побольше о зеркале, а если выйдет, то и склонить его к тому, чтобы развернуться в обратный путь, быстро окажемся дома. Это хорошо, а вот плохо то, что Гатар не знает о моем зеркале, и лучше пусть так остается и дальше. Иначе возникнут ненужные вопросы и подозрения, придется придумывать историю, откуда оно взялось, правдоподобную историю, что очень и очень сложно состряпать на скорую руку».
– Хорошо. Так бы и сказал сразу. Спустимся вниз и поговорим спокойно. А то я промок до нитки от твоей затеи в дождичек прогуляться!
Регрон, капитан и наемник быстро покинули палубу, за ними по пятам следовал Пес. Вместе они расположились для разговора в каюте Корвина. Тут было уютно, сухо и тепло. Даже морская болезнь Верласа ослабила свою хватку. Гости и хозяин уселись за широким столом, на котором лежала пригвожденная развернутая карта морских путей.
Капитан сразу приступил к делу:
– Мое зеркало повредилось за час до того, как я послал за вами. Проклятый шторм! В общем оно разбилось. А через него я не только держал связь с Гатаром, но и видел, куда нам нужно плыть...
«Вот как, все куда проще, чем я предполагал».
– …последний раз, когда я воспользовался зеркалом, то увидел, что судно, которое мы преследуем, зашло прямо в рой замнитурских кораблей. К сожалению, мне до сих пор не известно, как называется корабль, который мы разыскиваем, и под каким флагом он идет.
– Постой, Корвин. Не с того ты начал. Лучше скажи, что тебе известно о жене Ахиила Кира, той женщине, которую мы ищем, да и про врагов наших лучше бы узнать поподробнее.
Капитан с подозрением окинул взглядом своих пассажиров, помял свою лысину и без особой радости стал объяснять:
– Да, мы ищем жену Ахиила Кира, вроде как покойного гарла гарлиона Дебус, но мне было сказано, что вы не будете знать об этом и я не должен говорить о ней, только по мере крайней необходимости. Однако раз ее личность для вас не секрет…, скажу, что знаю. Женщина нужна Гатару, и он готов хорошо заплатить за ее доставку, вот что мне ясно и важно, остальное несущественно. Ее пленили гордары. Вот за их посудиной мы и гонимся. Но что это за корабль, под каким флагом он идет, я не знаю. Про зеркало говорить Гатар тоже запретил, но судьба решила иначе. Я не могу воспользоваться своим путеводителем, поэтому выбор у меня не велик. Теперь или нарушать запреты, или забыть о хорошем заработке.