Мелем хотел было поздороваться, но, вспомнив странные обычаи общения с жрецом, не желая его разгневать, промолчал, но все же машинально преклонил голову.
Казалось жреца умилило его поведение, и он, улыбнувшись, обратился к Никто с распростертыми руками:
– Мелем, забудь о своем раболепии, иди же сюда. Я тебя уже заждался.
Благодушный тон жреца, как и его располагающие к доверительному общению жесты поразили бывшего раба, который шел сюда, как на порку. Но выходило, что он зря беспокоился.
Он шагнул вперед и направился к входу в Башню Драхмаала. Сердце в груди трепетало от волнения, и Мелем никак не мог понять, почему – то ли от радости, то ли от страха. Жрец учтиво шагнул в сторону, практически скрывшись за дверным проемом, остались видны лишь его кисти рук. Он потирал пальцы, свивал их, это было похоже на жесты, что делает паук, сидя в своей паутине, ожидая нерасторопную жертву.
В чреве башни царил все тот же сумрак. Но стоило Мелему оказаться внутри, а дверям за его спиной сомкнуться, как тут же пространство, окружающее его и жреца, осветилось дневным неслепящим светом, исходившим от самих стен. Гость и хозяин, как оказалось, находились в большом проходе, круто поворачивающем в сторону и ведущем куда-то вглубь башни. Стены образовывали подобие арки, смыкаясь над головой. Они по цвету напоминали коровье молоко, как, впрочем, и пол под ногами.
– Ну и ну! – восхищаясь чудесным преображением, сорвалось с губ Мелема.
Жрец был явно в несвойственном для него чрезвычайно благодушном расположении. Об этом свидетельствовали морщинки у глаз и губ, привыкшие к отрицательным эмоциям, а сейчас непривычно для них пытающиеся разгладиться, сменив свое направление, устремившись вверх. Летлиоликан последовал куда-то вглубь Башни Драхмаала, увлекая Мелема призывными жестами за собой.
Не без опаски бывший раб последовал за жрецом. Они немного поплутали в лабиринте проходов, пока не оказались в довольно просторном зале, где на полу имелись широкие круги локтей в пятнадцать в диаметре, подсвеченные более ярким светом, что исходил из пола. Их было шесть. В зал вели еще несколько проходов.
Следуя за жрецом, Мелем вспоминал байки и сказки, в которых говорилось о колдовских кругах, что сдерживали, как стены, демонов из потусторонних миров. Поэтому пересекать границу света не очень-то и хотелось. Борясь со страхом, он все же вошел в один из этих них, следуя призывам хозяина.
Жрец стоял к нему лицом и изо всех сил пытался выглядеть радушным. Свет под ногами на мгновение стал очень ярким, а потом вернулся к своему начальному состоянию. Летлиоликан вышел из круга, сообщив:
– Мы почти пришли.
– Куда пришли? – удивился Мелем, и тут же для себя неожиданно поняв, что они находятся в другом зале, куда меньшем по размеру, чем тот, где они только что были. Этот имел только два колдовских круга. Случившееся удивило и напугало Никто одновременно. Хотя эти чувства, наверное, слишком уж часто посещали его в этот день, но от этого они не становились менее острыми. Они, как морские волны, накатывали на него снова и снова, не давая ему успокоиться.
Из малого зала имелись два выхода, по одному из них жрец благополучно провел Мелема в комнату с примечательными видами из окна во всю стену. Таких бывший раб никогда не видал даже в домах у самых богатых высокородных. Вначале ему показалось, что нет никакого стекла, но так как ветра он не ощущал, то более внимательно присмотрелся к полу и потолку, что в отличие от прохода не образовывал арки, заметив узкие полоски рамы, сделанные из какого-то светло-серого, скорее всего, металла. Только разглядывать необычное окно Мелем стал куда позже, вначале он просто застыл на месте, разинув рот, ведь перед ним с высоты птичьего полета открывалась панорама гарлиона жрецов со всеми его площадями, храмами и прочими постройками, что располагались западнее Башни Драхмаала. Замечательно была видна медленно поднимающаяся вверх равнина, которая вела к гарлионам Грилот и Саури, их силуэты были неплохо различимы даже в царившую ныне пасмурную погоду. Куда ближе казались и хребты Твалирона, поросшие хвойными лесами, где-то за горной грядой пряталась Западная пустыня, самое страшное место во всем мире, ведь там обитала сама смерть – скаргарты.