«Хорошо, хоть не сказала, что отказывается ехать со мной в одном раторке».
Доехать до дворца великого гарла вышло уж больно быстро. Он показался в окнах, и сердце Таска сжалось. Во рту появилось ощущение горечи.
«Так продолжаться не может, – одернул себя Таск. – Остановись, убогий! Ты же высокородный. Так и веди себя подобающе».
Парадный вход во дворец был освещен множеством огней, было светло как днем, хотя уже начинало темнеть. Все дороги были устланы красными коврами с золотым рисунком-орнаментом. На стенах и при входах висели парадные стяги Гралии с изображением герба – красный силуэт столицы на желтом фоне. Периодически звучали трубные призывы, где-то внутри дворца играла мелодичная ненавязчивая музыка. Ничто не предвещало неприятностей.
С опаской Таск вышел наружу. К нему тут же подошел слуга и предложил бокал белого солнечного вина из Гралии гербов. Саваат не отказался, тут же осушил его до дна. Это не особо добавило храбрости, но вино немного успокоило нервы.
«Да, – подумал он, шагая вместе с братьями и их семьями по красному ковру, который напоминал ему сейчас реку из крови. – Пожалуй, в Гралии гербов, владениях Гралии за хребтами Твалирона, сейчас спокойнее всего. Ни восстания там не было, ни скаргарты их не беспокоят, живут и радуются люди. Если отец даст мне денег на покупку своего имения, так же как он дал моим братьям, куплю себе дом и землю там, в Гралии гербов. Так, чтобы оно было поближе к Черному морю».
Пройдя через несколько залов, поднявшись по широченной лестнице на второй этаж, Савааты оказались в колоссального размера приемном зале. Вдоль его стен и по центру возвышалась колоннада, удерживающая высоченный купольный свод. Окна тут вырастали вверх на двадцать локтей, а ширина их составляла не меньше десяти. Стены снизу до верху и купол над головой украшали фрески и мозаики из драгоценных камней, изображавшие сцены сражений или эпизоды из легенд о жизни богов. Свет наполнял все вокруг. Из зала имелось три выхода – на лестницу, по которой сюда все попадали, в большой тронный зал, что сейчас был скрыт от глаз за закрытыми царскими воротами, и на балкон, на который вели десятка два дверей. С него открывался прекрасный вид на сад, разбитый во внутреннем дворе дворца, в котором росли вечнозеленые хвойные красавицы и красавцы разных пород, от совсем маленьких кустов можжевельника до исполинских сосен и елок.
Таск извинился перед родственниками и покинул их, отправившись прямиком на балкон. Тут ему казалось безопаснее, а еще здесь стояли несколько горок из бокалов с белым солнечным вином из Гралии гербов и красным замнитурским. Поприветствовав попавшихся на глаза знакомых высокородных и одного зерта Гартонира, недолго думая, чтобы хоть как-то забыться и успокоиться, Таск принялся в одиночку напиваться. Разделавшись с пятым бокалом, делая шестой подход к винной горке, он натолкнулся на Каиля Хоила, такого же зерта регулярной армии, как сам Саваат. Тот, сверкая своей лысиной, подошел к нему и, поприветствовав, сказал:
– Что, брат, решил расслабиться в одиночку?
Маленькие поросячьи глазки Хоила хитро посматривали на Таска.
– Что ты, что ты… Как можно, – слегка пошатнувшись, затараторил Таск, подхватывая еще бокал и предлагая товарищу.
Они отошли к краю балкона, где никого не было, и, облокотившись на перила, немного поговорили. Хоил поинтересовался, где его родственники, разузнал о походе на Кенег, в котором ему не пришлось участвовать, подробно расспросил Таска о сражении в варте, о том, кого пленили. Саваат же узнал, что Каиль Хоил только вчера вернулся из поездки в Грилот и Саури – гарлионов, подвластных Гралии, где он был в качестве зерта охранного отряда, отвечающего за безопасность канутов, что везли письмо от Алеана с повелением всем высокородным прибыть вооруженными к стенам столицы, пополнив армию. Часть ее должна была отправиться для войны с Замнитуром, чтобы освободить осажденный гарлион О’Леосс, а другая часть войск требовалась для преследования остатков мятежников и наведения безопасности на земельном тракте.
– И что сказали Грилот и Саури? – икнув, поинтересовался Таск.
Голова Каиля закрутилась на короткой толстой шее, он с опаской озирался. Меж тем поблизости все также никого не было.
– Я не знаю, можно ли об этом говорить, но тебе все расскажу, только прошу не особо об этом распространяться. По крайней мере, пока. Ответ был грубым и нелицеприятным. Проще говоря, послали гарлы этих гарлионов нашего великого гарла. Сказали, что он им не указ и подчиняться они станут только Башне Драхмаала. Мы тут же отослали послание в столицу с феллершильдом, и нас отозвали обратно.