– Ли, – Кан обратился к девушке, – будет отвечать за мою охрану.
«Не боишься доверять бабе?» – хотел спросить Ахиил, но промолчал.
– Керл Забвей будет отвечать за резерв и примет участие в руководстве при атаке на северные ворота столицы в день штурма.
Кир чуть не подавился куском мяса, услышав, что основными силами, пусть и частично, но все же будет руководить карлик. «С такими командирами мы точно далеко не уедем!»
– В день штурма сначала нападем на гарлион с запада. Обманем их. За этот удар будет отвечать Ординх, мой брат. Его нет сейчас с нами, но он знает о своей задаче.
Кан внимательно оглядел присутствующих. Все молчали. Видно, разговоры и обсуждения уже всех утомили и никто не хотел лить воду из пустого в порожнее. Кир, в свою очередь, уже имел несколько личных бесед с Каном на тему предстоящего сражения, поэтому в целом представлял все особенности его проведения и не горел желанием выносить что-либо на обсуждение, поэтому тоже промолчал. По сути, как вести осаду, было ясно, оставался неразрешенным другой вопрос – когда ее начинать?
Кан сделал жест прислуживающим детям, и они вновь оказались возле стола, подливая вино.
– За нашу победу! – выкрикнул Шор Кан.
«За мою победу! – подумал Ахиил, вливая в себя третью порцию хмельного. – Каждому делу свое время, и каждому времени свои люди. Пусть бык спешит на бойню, а лиса все равно дождется своего часа».
После последнего из тостов Кан переключился от разговора со всеми к беседе с девушкой, с Ли. Их диалог звучал негромко, Кир ничего не смог расслышать. Тем временем угрюмый Теолон, ничего не сказав, встал из-за стола и почему-то с недовольным видом ушел из халруима на улицу. Рыжеволосые и карлик принялись есть, перебрасываясь фразами на горском языке, который Кир практически не понимал. Кариол тоже что-то ковырял в своей тарелке. Ахиил оказался предоставлен сам себе.
– Что это так злит Теолона? – решил спросить он у жреца.
Жрец вопросительно посмотрел на гарла, но потом, поняв, о ком идет речь, охотно ответил:
– Он считает безрассудным ложную атаку и не хочет вставать с запада. Опасается, что появятся регулярные войска, по слухам, они возвращаются из похода в пустыню. Надо действовать быстрее, но, как вы уже поняли, у нас еще многое не готово. Да и Шор Кан не хочет рисковать.
Кир вытаращился на Кариола.
– Так если мы не атакуем в ближайшее время, то сами можем попасть в окружение. Регулярные войска опытны и показали свое умение выигрывать крупные сражения.
– Не беспокойтесь, гарл. К мосту через Анарикор[2] отправился отряд из людей Шор Кана. Они остановят любые силы. Мост узок и позволит малому числу удержать большие силы, такое уже не раз случалось в том месте. Да и потом Башня заключает союзы не только с восставшими и Дебусом, у нас еще много союзников.
Это было хорошим известием и немного приободрило Кира, хотя неприятное послевкусие от услышанных новостей еще ощущалось.
В этот момент открылась дверь в халруим, гарл хоть и не мог видеть, но почувствовал это. А еще он вдруг понял, что появление гостя важно именно для него. Кир обернулся. Через зал халруима к нему навстречу шел Тирт с голубем в руках.
Кир застыл. Он понимал, что, скорее всего, это птица из Дебуса. «Наконец-то хоть какие-то известия, хоть какая-то определенность появится». Ахиил был готов бежать навстречу своему лекарю, но ограничился лишь тем, что встал из-за стола.
Лекарь подошел к своему господину и, поклонившись, протянул ему птицу. Кир в нетерпении принял ее из рук слуги. Голубь был какой-то пощипанный и напуганный, его сердечко бешено колотилось. Ахиил снял с лапки прикрепленную оловянную колбочку и извлек из нее крошечный листок бумаги, испещренный причудливыми символами, значение которых были известны немногим. Он тут же принялся читать. Письмо писала Илиса.
«Любимый!
Нас предали гордары. Они в гарлионе и устроили тут бойню.
Каиль мертв. Дворец штурмуют.
Защитников мало, их силы на исходе.
Я шлю тебе эти слова, а сама готовлюсь выпить яд. Выхода нет.
Прощай».
Кир не поверил своим глазам. Он еще раз пробежал по аккуратным символам, написанным, безусловно, рукой Илисы.
– Как это Каиль мертв?! – пробасил Кир.
– Почему они предали меня?! – прорычал гарл не в силах сдержать нарастающую волну гнева. – Как это, прощай?!
В этот миг Ахиил вспомнил слова своего сына, которые тот произнес, когда гарл пророчил ему великое будущее: «Ты хочешь как лучше, но Киры и Дебус ответят за твои желания своей кровью».