«Какого черта ты от меня хочешь?» — спросил Гарсия.
Пол нажал на кнопку своего мобильного телефона, осветив заднюю часть фургона и позволив Гарсии увидеть металлический молоток с острым клетчатым узором.
Лампочка на мобильном телефоне внезапно погасла.
«Это может произойти только одним из двух способов, — сказал Пол в темноте. — Либо ты немедленно рассказываешь мне то, что мне нужно знать, либо ждёшь, пока твоя кожа не станет похожа на дешёвый кусок говядины, из которого сделали кубики стейка».
«Ни хрена я тебе не скажу», — с наигранной бравадой заявил мужчина. Пол почти почувствовал, как Гарсия сомневается в его собственной решимости.
«Все болтают, придурок. Всё зависит от того, насколько безупречным будет их тело в момент инцидента. Прежде чем ты скажешь ещё хоть слово, я понимаю твою дилемму. Если ты выберешься отсюда с целыми зубами и будешь выглядеть так, будто только что из торгового центра, твой босс усомнится в твоей преданности ему. Так что, в конце концов, мне придётся тебя немного подбить, чтобы он не всадил тебе пулю в лоб. Я позволю тебе решать, насколько далеко мы зайдём. Но это будет на твоих условиях, а не на моих».
Молодой человек, хотя и казался всего лишь призраком во тьме, наверняка обдумывал свои варианты.
Пол пнул мужчину в ногу. «Что ты скажешь?»
Когда мужчина ничего не ответил, Пол включил свой мобильный телефон ровно на столько времени, чтобы найти цель и ударить мясницким молотком по левой руке Гарсии.
Свет погас в тот момент, когда Гарсия закричал от боли и покатился по металлическому полу.
Гарсия выругался по-испански. Пол, десятилетиями работавший в правоохранительных органах на западном побережье, слышал всё это.
«Господи, чувак!» — воскликнул Гарсия. «Зачем ты это сделал? Я всё ещё думал об этом».
«Это был простой выбор. Теперь, когда вы знаете, на что способен один удар этой штукой, можете представить ещё двести? Будет больно.
И красивого тела это тоже не оставит.
«Ты с ума сошёл. Ты же коп. Ты не можешь этого сделать».
«Видишь, твои догадки неверны», — сказал Пол. «Меня некоторое время назад отправили пастись. Досрочно на пенсию».
«Это чушь. Мы видели, как ты въехал прямо в полицейский участок Юджина из своего Crown Vic. Кстати, это не очень-то скрытая машина для работы под прикрытием».
Ладно. Может, Полу нужно было позволить этому парню думать, что он всё ещё коп.
Но плут. «Держись где-нибудь поближе к истине», — подумал он.
«Знаю, Хосе. Но некоторое время назад мне выстрелили в голову во время попытки ограбления банка. У меня возникла серьёзная проблема с импульсивностью. Я склонен
Говорю и делаю всякую ерунду, не задумываясь. Иногда мне трудно отличить добро от зла. Это признанная инвалидность.
«Подожди. Ты тот парень? Я слышал об этом по телевизору. Ты убил грабителя банка».
«Теперь ты понимаешь», — сказал Пол. «У меня бывают эти неконтролируемые порывы. Я ничего не могу с собой поделать. Некоторые говорят, что я сумасшедший. Никто больше не хочет со мной сотрудничать. Ты понимаешь, каково это, наверное, мне после трёх десятилетий работы в полиции?»
«Да, я тебя понял, чувак. Но не срывайся на мне». Это прозвучало как жалкое нытьё.
Пол предположил, что парень, возможно, движется в правильном направлении к сговорчивости. Пора проработать все углы.
«Давайте начнём с самого начала», — сказал Пол. Затем он включил телефон ровно на столько, чтобы увидеть Гарсию, съежившуюся у его ног и ожидающую, когда Пол снова его ударит, и чтобы Пол успел нажать кнопку записи на телефоне. Затем свет снова погас.
Гарсия тяжело вздохнул с облегчением. «Ого! Я думал, ты снова меня ударишь, чувак».
«Продолжаешь называть меня чуваком, и я выбью из тебя все дерьмо просто так, просто так».
«Хорошо, хорошо... сэр».
«Итак, Хосе Гарсия. Говори громче. У меня немного плохой слух после всех этих перестрелок за эти годы».