Люрик тоже начал готовиться к пространственному скачку к Нью-Терре. Серафиму нужно было подумать, как лучше использовать Омегу, и где взять для этого корабля команду. Он оказался слишком специфичным в управлении, что осложняло подбор людей. Остальным же, по большому счету, было без разницы, куда лететь. Чтобы не привлекать лишнего внимания, Люрик завершил перемещение вдали от планеты, поэтому у Стрельцова появилось время для просмотра накопившихся новостей и сообщений. Отправившись на Землю, они оказались вне зоны доступа любых людских информационных сетей. Именно одно из этих сообщений в корне поменяло планы.
К сожалению, догадки Серафима оправдались. Щедро раздаваемые Хрустальной луной артефакты действительно оказались не просто красивыми сувенирами, а передатчиками псионного излучения, пусть и ослабленного. Это позволило их создателям оказывать влияние на действия многих чиновников в государственных аппаратах всех трех стран. Можно сказать, что последнее удалось узнать «экспериментальным» путем. Вскоре после того, как Ален докопался до правды, его обвинили в шпионаже по состряпанному на скорую руку предлогу. Несостоятельность этого дела можно было легко доказать, поэтому Говарда побыстрее отправили в самую далекую тюрьму для политических заключенных, откуда еще никто не возвращался обратно. По крайней мере, так думало правительство Синергиума.
Серафим развернулся на своем капитанском кресле к уже порядком заскучавшим товарищам.
— Планы меняются, господа. Посещение Нью-Терры нам придется отложить.
— Что-то случилось? — Айзек порядком напрягся.
— Лучше скажи, куда мы теперь двинемся, — а вот Фридрих, напротив, был предельно расслаблен.
Алтер же молчал, хоть и внимательно слушал окружающих. После встречи с Мао он стал особенно задумчивым.
— Кто-нибудь слышал про Железный бор?
Квад и Алтер только отрицательно помотали головой, а вот Фридрих хитро, насколько позволяло стальное лицо, улыбнулся.
— Судя по всему, это тюрьма. Хорошо иметь компьютер прямо в мозгу.
Не сразу осознав сказанное, Фридрих переглянулся с Айзеком, после чего оба одновременно выдали один и тот же вопрос.
— Так мы будем штурмовать тюрьму?
Но если андроид говорил это с надеждой, то его друг с неприкрытой тревогой. Внутренне усмехнувшись, Серафим им ответил.
— Не совсем. Мы отправимся туда, но штурмовать ничего не придется.
— Командир, что такое тюрьма? — огорошил остальных своим вопросом Алтер.
У интеграторов их не было, вот он и не понимал, о чем идет речь. После краткого рассказа о системе исполнения наказаний у людей, Алтер понимающе покивал и задал очередной интересный вопрос.
— Значит, у тебя есть ключ к этой тюрьме?
Оссбергер начал было объяснять, что это невозможно, но его сразу прервал Серафим.
— Можно и так сказать.
— Подожди, — Фридрих даже встал с места от переизбытка чувств. — Мы что, просто возьмем и войдем туда?
— Да, вроде того. В некотором смысле это моя тюрьма.
Все впали в ступор после этих слов. Но вскоре нахмуренный лоб Айзека разгладился: он первым понял, что имел ввиду Серафим.
— Железный бор контролирует Отдел особых операций. И сначала ты, а потом и Ален отправляли в эту тюрьму тех, кого хотели укрыть от властей.
— Именно, — Стрельцов даже слегка поаплодировал догадливости товарища. — Только не всю тюрьму, а ее отдельный блок для политических заключенных. Для тех, кого хотелось бы устранить, но тихо совершить убийство не получилось. Мы таких не только укрывали, но и многих тайно освобождали.
— Ален и есть наш ключ? — продолжил свою мысль Алтер.
— А вот тут небольшая загвоздка: именно Говарда мы и отправляемся вызволять.
XXIII
Железный бор находился в весьма мрачном месте. Внушительных размеров космическая станция зависла прямо среди колец безымянного газового гиганта. Лучи местного светила, и без того преодолевшие огромное расстояние до планеты, с трудом пробивались через плотный заслон вещества. Тёмно-серая обшивка, окруженная тускло светящейся аурой из мелких частичек льда и углерода, будто говорила: «Держись отсюда подальше!».
Сама станция представляла собой три вставленных друг в друга тора, диаметр сечения которых уменьшался при приближении к центру. Люрик медленно летел вдоль ее оси вращения, оставаясь незамеченным. Все благодаря специфическому сигналу, который транслировал Серафим с тех пор, как тюрьма оказалась в поле видимости.
— Как-то она ветхо выглядит. Больше на корабль-призрак похожа, — с сомнением заметил Фридрих.