Алкогольные пары били в нос и заставляли задерживать дыхание от отвращения.
Он встряхнул меня за плечо, приводя в себя, и снова впился в мои волосы, а я - в его руку, стараясь оторвать от себя. Моя комплекция оказалась в явно проигрышном положении, и несколькими мгновениями спустя я, не отвоевав ни клочка собственных волос, уже стояла перед ним на коленях, в то время как он бесцеремонно таскал меня за едва ли не единственный предмет гордости и зло отчитывал.
- Потаскуха, - брезгливо выплевывал слова мужчина, явно не имея возможности прийти в себя самостоятельно. - Прыгнула в постель к первому встречному за теплый плед и объедки, - он махнул рукой в сторону стола, опрокидывая его вместе с недоеденным печеньем.
Я посмотрела в расширившиеся, замутненные яростью, глаза, и поняла, что ничего, кроме костра, мне уже не грозит. Если я не выскажу этому человеку все сейчас, то буду бесплотным духом преследовать инквизитора, желая вернуть свое поруганное имя.
- Как вы смеете, - сквозь зубы, подражая манере учителя, процедила я. - Вы оставили меня замерзать у стойла лошади, без ужина и малейших удобств. Вы, кто обещал маменьке доставить меня в целости хотя бы до своего мерзкого ордена, где, вне сомнения, меня казнят по вашему первому слову.
Зубы мужчины заскрежетали, но рука на прическе начала разжиматься, и я, воодушевившись маленькой победой, продолжила свою речь:
- Я выполняю все ваши прямые указания, но приказа оставаться на месте во что бы то ни стало мне не поступало. Меня приютил мой новый знакомый, и вы не вправе меня попрекать этим обстоятельством - только жених имеет такие полномочия, и то, если выживу, я намерена разорвать помолвку. Думаю, даже батюшка не станет противиться...
Кажется, на мужчину подействовала моя речь. Его рука окончательно разжалась, и я безвольной куклой повалилсь на пол, быстро отползая в сторону в ожидании его ответа. Помолчав минуту, он тихо спросил:
- Не ты ли еще недавно собиралась запятнать свою падшую душу грязным колдовством, перебив всех кур у госпожи Берты, чтобы вернуть к себе расположение Брана?
Его глаза подозрительно сузились, прожигая во мне тлеющие дыры.
- Господин Бенедикт, - начала я осторожно, - я хотела лишь отомстить...
Инквизитор вмиг напрягся, одним рывком подходя ко мне.
- Значит ли это, Клементия, что прямо сейчас ты сознаешься в содеянном колдовстве и умышленном вреде своему жениху?
Я сделала попытку отползти еще дальше, но уперлась в обшарпанную стену.
- Я не совершила никакого колдовства, если вы об этом, - отрезала я, чувствуя, как затравленная злость разливается по венам. - Предлагаю поговорить о моей невиновности, когда вы будете трезвы, господин...
Одним рывком он поднял меня вверх, сжимая плечи и причиняя саднящую боль. Его пальцы впились в кожу, оставляя, должно быть, синяки на нежных местах.
- Отпустите, мне больно! - попросила я, едва не разрыдавшись.
Он поднес свое лицо к моему и прошипел:
- Не смей мне указывать, что делать, ведьма. Если я захочу, то сделаю с тобой все, что пожелаю.
Запах алкоголя ударил в нос, и я почувствовала, что злость берет свое. Один хлесткий удар по симпатичному лицу, которое все это время вызывало лишь неприязнь, и вместе с чувством удовлетворения приходит боль куда сильнее, чем легкое покалывание в плечах.
Чувствую, как мою руку заламывают назад, горячее дыхание на моих губах, которое сливается с моим. Все, что я могу - свободной рукой оказывать лишь слабое сопротивление, которое уступает место усталости и покорности.
Не чувствуя сил бороться, я понимаю, что мой единственный шанс спастись - не вызвать еще большего гнева учителя. Перестав сопротивляться, я ответила на настойчивый поцелуй мужчины и почувствовала легкое головокружение.
Его рука перестала удерживать мою и перешла на место пониже талии. Получив свободу, я осторожно коснулась его груди, встала на цыпочки и обхватила его за шею, полностью отдавшись новому для меня процессу.
Я еще не проиграла, так почему бы не сделать этот миг чуточку приятнее? Скорее всего, сейчас мне предоставился последний шанс если не на спасение, то хотя бы на понимание того, о чем так часто хихикала моя сестрица с подругами. Отчетливо осознавая, что терять больше нечего, я отпустила последнее, что у меня было - жгучий страх, сковывающий каждое мое движение.
Сквозь вату в ушах услышала, как мужчина хрипло рычит, и секунду спустя меня оторвали от себя, отчаянно сверкая глазами.