Марек пожал плечами.
— Видимо, он решил, что ты нашла себе чудаковатого художника на ночь.
— Ага, это ведь так на меня похоже.
— Ну, учитывая то, как ты целовала ассасина… — его глаза прищурились. — Что на тебя нашло?
— Я большая девочка. Я могу сама о себе позаботиться.
— Вот именно об этом я и говорил ранее. Ты беспечна. Из всех ассасинов Цюриха, почему это должен быть именно Истребитель?
— Он хорошо целуется.
Он нахмурился.
— Сейчас не время для твоих шуточек, Алекс.
Она наклонилась к нему, говоря ещё тише.
— Со мной что-то происходит, Марек. С тех пор, как меня укусил тот вампирский эльф, я чувствую себя иначе.
— Типа по-вампирски иначе?
— Нет. Ну, не совсем. Если не считать фишки с кровью.
— Фишки с кровью?
— Я бинтовала раны Логана. Там была кровь. Она… взывала ко мне. Я хотела её попробовать. Нет, не просто хотела. Я должна была её попробовать. Как будто какая-то часть меня отсутствовала, а если выпить его кровь, то я снова стану целой.
— Голод?
— Нет, — ответила Алекс с пылающими щеками. — Вожделение.
— Ты…
Она кивнула.
— И что произошло?
— Ну, его кровь не приглушила вожделение. Лишь усилила в несколько раз.
— Это кое-что объясняет, — он выглядел облегчённым. — Ты была пьяна. Это случается со всеми сверхъестественными существами, и у каждой группы есть свой спусковой крючок. Для магов — это магия заклинаний. Для фейри — это золотой нектар, который они делают. Для иномирных — это те реки эфемерной энергии, которые пересекают землю. А для вампиров это кровь.
— Я это уже знаю. Я достаточно сражалась с опьянёнными магией сверхъестественными существами.
— Знать и проживать это — две совершенно разные вещи, — он положил руку ей на лоб. — Хотя должен тебе сказать, ты не ощущаешься как вампир.
Что могло быть связано с укоренившейся привычкой маскировать свою магию. И все же он был прав. Алекс знала, как ощущается вампирская магия, а её магия такой не была.
— Холт сказал, что я превращаюсь, — сказала она.
— Холт? — Марек рассмеялся. — Погоди-ка минутку. Вся эта паника с кровью из-за того, что тебе сказал Холт? Этот вампир вожделеет тебя ещё дольше, чем ассасин. Я однажды поймал его с твоими трусиками.
— Мерзость. Напомни мне попросить Гаэлина сменить мои замки.
— Ты позволяешь ему забраться тебе в голову, Алекс. А потом твой разум говорит тебе, что ты хочешь крови. Так постоянно случается с фанатками вампиров.
— Я не фанатка вампиров, — проскрежетала она.
— Конечно же нет. Но тебя укусил вампир, а потом другой вампир шепчет тебе на ушко, что ты превращаешься. Наверное, он сказал тебе, что ты пахнешь как вампир.
— Да.
Марек понимающе кивнул.
— Видишь? Это все часть плана Холта по соблазнению тебя. Все это так и воняет вампирской заносчивостью.
— Ты намекаешь, что он сказал тому вампирскому эльфу меня укусить?
— Нет, он маленький негодяй-извращенец, но он не предатель. Однако я не удивлён, что он так воспользовался ситуацией. Он будет разочарован, узнав, что другой мужчина пожал плоды его труда.
— Холт сказал, что Гаэлин знает о том, что я превращаюсь, и скрывает это от меня, чтобы у меня не случилось срыва.
— Люди врут, Алекс.
— Я знаю. И я могу понять, когда они врут. Холт не лгал. Он верил в то, что говорит.
— Ладно, — Марек похлопал её по спине. — Гаэлин ни о чем таком мне не говорил, но мы поговорим с ним, когда все это закончится. Если честно, меня больше беспокоит то, что ты обжимаешься с ассасином, чем твой новообретённый аппетит к крови.
— Пока что я хотела только его крови.
Марек выглядел так, будто откусил от лимона.
— По одному кризису за раз. Гаэлин говорит мне, что Конвикциониты заполучили все четыре Сферы Сущности. Хорошие новости — я знаю, куда они их забрали.
— А плохие новости? — спросила Алекс.
— Плохие новости — они планируют использовать их этой ночью.
Глава 22
Секреты и Ложь
— Оставь ассасина, — сказал ей Марек. — Нас ждёт работа, а ему нельзя доверять.
Алекс подумала об этом. Гаэлин согласился нанять его. Они работали вместе два дня, и он сражался с ней бок о бок. Он даже спасал её несколько раз. Он не предпринял ни единого шага против неё.
Ну, если не считать лжи о том, кем он являлся. Его семья управляла организацией, пытающейся их убить. Логан сказал, что он поможет ей вернуть Сферы, но в критический момент поднимет ли он руку на собственную семью? Он не производил впечатление сентиментального типа, но семья — это семья. Марек был прав. Они не могли рисковать и доверять ему. Они собирались вторгнуться во вражеский оплот. Обстоятельства против них, и сражение неизбежно. Мимо охранников никак не пробраться. Если Логан хоть на секунду засомневается, они все будут мертвы.