Трофеи меня тоже порадовали. Хвостов набралось тринадцать штук. Плюс тот что добыт самым первым. Еще немного и на сутки проживания в таверне будет достаточно. Не теряя времени, я принялся за разделку.
Так и шел мой день. Раскидывал приманку, ждал, использовал пращу и добивал кистенем. Затем следовала разделка и цикл повторялся. За все время единственные люди, которых я видел в развалинах, были военные патрули из числа знакомых солдат. Пару раз я сам выходил им навстречу, чтобы поделиться добытым мясом. Больше всего радовался таким встречам конечно Принье. Он обещал вечером сделать такой шикарный шашлык, что все съеденные раньше покажутся жесткой подошвой. Я с улыбкой слушал его хвастливые речи, но предупредил, что вряд ли смогу сегодня попробовать этот кулинарный шедевр. Сегодняшнюю ночь я был твердо намерен провести в нормальной кровати. Счет добытых хвостов уже перевалил за пятьдесят. А это, даже по сниженным закупочным ценам, равнялось двум дням проживания.
Услышав отказ, Принье немного огорчился, и не желая оставаться в должниках подарил мне нож. Да, нож был неказистый. Сделанный из какого-то металлического обломка. Маленький и узкий. Но в моих глазах он представлял собой настоящее сокровище. Скомкано поблагодарив солдата, я вновь устремился в глубину разрушенного квартала. Мне не терпелось опробовать новое приобретение в деле.
Нет, я не собирался использовать нож в качестве оружия. К этому времени я уже наловчился работать пращой и кистенем. А вот для снятия шкур этот подарок был просто бесценный. Я так увлекся процессом, что сам себе начал напоминать кухонный комбайн. И лишь чувство голода заставило меня остановить геноцид грызунов.
На рынке я заходил тяжело груженный. Доведя счет добытых хвостов до сотни. Скупщик все так же скучал рядом со своими корзинами. Судя по наличию в одной из них собачьих черепов, фермеры согласились сдавать товар на новых условиях. А вот во второй корзине лежал лишь мой утренний десяток. И это не могло не радовать. Значит сейчас я единственный кто охотится на крыс. Вывалив свою добычу на землю, я с нетерпением ждал пока скупщик их пересчитает. И едва получив в руки свои пять франков, поспешил в сторону таверны.
Всю прелесть цивилизации может понять лишь тот, кто некоторое время был лишен ее благ. Я блаженно отмокал в огромной деревянной емкости. Корыто, таз, лохань – мне было глубоко фиолетово как называлась эта бочка. Самое важное было наличие в ней горячей воды и то что я мог поместиться в ней целиком. Я не вылезал из этой ванны до тех пор пока вода не стала остывать. Вымывшись сам, я постирал свою одежду, а вызванный в номер цирюльник, ловко орудуя опасной бритвой, лишил меня трехдневной щетины. А уж когда принесли ужин, я окончательно утвердился в мнении, что рай должно быть выглядит именно так. Ночь проведенная в нормальной кровати лишь подтвердила это.
Следующие пару дней были похожи друг на друга словно день сурка. Бесконечное уничтожение поголовья серых грызунов. Хвосты на рынок я приносил целыми охапками. Мясом делился со служивыми, они про меня тоже не забывали, в качестве благодарности отдав старый, но еще годный, солдатский ранец. С таким режимом у меня повысились навыки рукопашного боя и разделки животных. Казалось в жизни появилась стабильность. Но на третий день сдавая вечером скупщику хвосты, я заметил наполовину заполненную корзину. У меня появились конкуренты.
В разрушенном квартале я начал натыкаться на следы чужой охоты. А пару раз даже видел издалека. Как я и думал, это оказались мои бывшие попутчики. Судя по оборванному виду, дела эти дни шли у них не очень. И теперь дорвавшись до заработка, они принялись за бесконечный гринд. А учитывая что их было трое, работали они конвейерным методом. Один занимался лишь уничтожением крыс, второй потрошил шкуры, а третий бегал с добытым на рынок. При таком темпе, крыс в развалинах стало найти все трудней. Они уже не реагировали на приманку. И старались не высовываться из щелей в дневное время суток. А ночью выходить на промысел я боялся. В темноте все мои преимущества сошли бы на нет.
Тройка «геймеров» прочно оккупировала окраины квартала прилегающие к жилым домам. Мои предложения поделить развалины на зоны охоты они встретили отказом. Разговор на повышенных тонах едва не перешел в драку. Но военный патруль враз охладили наш воинственный пыл, напомнив о полном запрете на конфликты в городе. Провинившегося ожидала смертная казнь.