Она моргнула — всё исчезло.
Тэянерис откинулась на спинку стула и глубоко вздохнула.
Рабочее утро только начиналось, но внутри уже нарастало чувство, что сегодня обычным оно не будет.
На этаже стало тише.
Слишком резко. Слишком неестественно.
Тэянерис вскинула голову — люди за перегородками замолчали, кто-то выключил звонок на телефоне, кто-то замер с папкой в руках.
В воздухе повисло что-то тяжёлое.
Она услышала шаги.
Твёрдые, размеренные. Не такие, как у сотрудников, спешащих за кофе или опаздывающих на совещание.
Эти шаги звучали иначе — будто принадлежали чужим.
Тэянерис машинально выпрямилась за столом.
Лиан метнул на неё быстрый взгляд — впервые за всё время у него исчезло выражение насмешки.
Из-за стеклянной перегородки показались люди.
Двое. В одинаковых тёмных костюмах, с нейтральными лицами.
Глаза — как стекло.
В руках — планшеты.
Начальство.
Они редко спускались в архив. Точнее — никогда.
Их присутствие само по себе означало, что происходит что-то серьёзное.
Один из них прошёл мимо, не взглянув на сотрудников. Второй задержался, оглядываясь по сторонам, словно что-то искал.
Или кого-то.
Тэянерис почувствовала, как внутри всё сжалось.
глава 4. Hачальство
На этаже стало тише.
Слишком резко. Слишком неестественно.
Тэянерис вскинула голову — люди за перегородками замолчали, кто-то приглушил телефон, кто-то застыл с бумагами в руках.
В воздухе повисло что-то тяжёлое, будто само здание затаило дыхание.
Она услышала шаги.
Чужие. Чужеродные.
Глухие удары подошв эхом отдавались по коридору, словно разрывали привычное пространство офиса.
Из-за стеклянной перегородки показались двое.
Строгие костюмы, холодные лица, одинаковая осанка.
Начальство.
Но следом за ними, как сама тень из глубины, появился ещё один.
Он двигался бесшумно, плавно, как будто шагал не по линолеуму, а по воздуху.
На первый взгляд — человек.
Обычный.
Но что-то в нём ломало восприятие.
Что-то неправильное. Слишком спокойное. Слишком чужое.
Люди опустили взгляды, отвернулись, как будто не замечая его.
Как будто боялись посмотреть ему в лицо.
Тэянерис, наоборот, не могла отвести глаз.
Что-то в нём притягивало, вызывало странное, необъяснимое желание всматриваться дальше.
Она ловила его движения, словно взгляд сам тянулся за ним, подчиняясь чему-то, что она не могла объяснить.
Когда он приблизился, её сердце на секунду замерло.
Проходя мимо, он даже не посмотрел в её сторону.
Но воздух вокруг стал другим — плотным, словно на миг исчез кислород.
Кожа покрылась мурашками, дыхание сбилось.
Он скрылся за поворотом вместе с остальными.
А спустя пару секунд привычный шум офиса снова вернулся — звонки телефонов, шаги, разговоры.
Но что-то уже изменилось.
Офис постепенно ожил.
Зазвучали телефоны, зажужжали принтеры, кто-то где-то громко стучал по клавишам.
За перегородкой раздался смех, кто-то обсуждал графики, кто-то — новый отчёт.
Привычная рутина накрыла пространство, словно тяжёлое, но знакомое одеяло.
Тэянерис убрала взгляд от пустого коридора и вернулась к экрану.
Пальцы снова заскользили по клавиатуре.
Таблицы, файлы, документы — механические действия, доведённые до автоматизма.
Как будто ничего не было.
Потолочные лампы дрогнули и замигали.
Вслед за этим раздался короткий, монотонный сигнал тревоги — стандартный, сухой, раздражающий.
Тот самый, что включают для проверки системы или тренировочной эвакуации.
Люди тут же задвигались быстрее.
Кто-то спешно выключал компьютеры, кто-то собирал сумку, кто-то хватал телефон.
Все потянулись к выходу — к лифтам и эвакуационной лестнице.
Тэянерис тоже встала, но зацепилась ногой за провод под столом.
Неловко пошатнулась, чуть не сбила монитор.
— Чёрт, — выдохнула она, разгибаясь.
Пока она распутывала кабель, остальные уже спешно выходили из офиса.
Чей-то голос прозвучал у дверей:
— Быстрее, давай за нами!
Но она задержалась буквально на несколько секунд.
Но не успела даже опомниться, как чьи-то сильные руки резко потянули её на себя, выдернув из-за стола.
Тэянерис едва успела схватить с кресла свою сумку.
Она обернулась — рядом стоял он.
Тот самый.
Тот, кто шёл следом за начальством.
Чужой. Слишком спокойный. Слишком не отсюда.
Он сжал её запястье, тянул к себе, раздражённо бурча себе под нос:
— Почему вы, глупые людишки, всегда тормозите, когда звучит сигнал? Здесь не выставка… Это тревога, ясно?
Голос был низкий, сухой, с едва заметной хрипотцой.