Я моргнул пару раз, посмотрел на булавки. Холодные, гладкие. Настоящие. Серебро. Сердце постепенно входило в ритм, дыхание выравнивалось. Дрожь утихала.
— С… спасибо, — мой голос был хриплым. Осипшим.
Айлин чуть улыбнулась и убрала руку. От неё не исходило тепла. Но сейчас это не имело значения.
Тьма вокруг будто отступила. Я смог рассмотреть её.
Чёрные волосы, как шёлк. Тёмно-зелёные глаза — не как у Алоны, но с каким-то внутренним сиянием. Глаза, в которых будто жили звёзды. Не блеск — отражение глубины. Глаза, от которых невозможно оторваться. Они поглощали.
Сама она казалась доброй. Спокойной. Светлой. Или просто — неопасной. Наверное, поэтому я ей поверил.
— Раздайте их всем, — сказала Айлин. — Пусть будут знаком защиты и спокойствия.
Затем, чуть тише, добавила:
— Серебро не боится тени.
Её голос звучал, как колыбельная. Мягко. Уверенно. Меня это успокаивало.
— Мне нужно идти. Ваша команда тоже уже ждёт вас.
Я не ответил. Только смотрел, как она выходит. Её лёгкая одежда не колыхалась от ветра, будто шла сквозь другой воздух. Она направилась к группе людей. Наверное, её команда.
Команда?
Я даже не успел спросить, кто она. Откуда. Почему была здесь. Она появилась — и исчезла, как внезапный летний дождь в июле.
Она ведь даже имени не знает моего...
Надо будет спросить про неё у Эшли...
Мурашки пробежали по спине. Я резко вышел из машины — хотел вдохнуть.
Сделал шаг — и застыл.
Что-то… странное.
Как будто я уже стоял здесь. Солнце било в глаза точно так же. Ветер поднимал пыль, трогал волосы в том же ритме. И — Айлин. Она шла впереди, откидывая прядь. Я знал, что она сделает это. Знал заранее.
Не вспоминалось — ощущалось.
Всё стало чужим. Слишком знакомым, чтобы быть настоящим. Слишком точным, чтобы быть случайным. Воздух звенел, как перед грозой.
Дежавю.
Я моргнул. Разжал пальцы — словно пытался выпустить из ладони это наваждение. Булавки тихо звякнули. Звук вернул меня.
Я жив. Я здесь.
Улыбнулся. Почти искренне.
Вдали — моя команда. Я поднял руку, помахал им.
Попытался вспомнить, что произошло… Но в голове — пусто. Осталась только тонкая, липкая тень страха. Не мысль. Ощущение.
Я сжал булавки в кулаке. Металл был холодным и настоящим. Он заземлял.
Всё будет хорошо.
С этой мыслью я пошёл к своим.
Не заметив, как тень, падающая от меня, едва заметно дрогнула.
На миг замерла.
И вернулась на место.
Как будто ничего не было.
Как будто что-то всё-таки было.