– Но... ты ведь графиня! Зачем ты на него работаешь?! – в моем мозгу определенно сварилась каша из всей полученной информации.
– Кто-то же должен за ним присматривать. Ну... и не только за ним. Ты наверняка, полюбопытствовав, заглянула в контракт, который привезла сюда, – получив удовлетворительный кивок, девушка продолжила: – Это – наш родовой замок. С момента, как умер отец Льюиса и Эмилиэна, он пустовал. Прошло уже десять лет. Оформлением бумаг на наследство занялись только сейчас. Не спрашивай причин... Время пришло. Мы хотим вернуться.
– Причем тут я? – теперь это было единственное, что сейчас меня волновало.
– Интересно... Но об этом – после. Сейчас надо готовиться к обещанному приему. Ты же не хочешь разозлить графа еще больше? – Изабэль, подойдя к шкафу, распахнула дверцы и принялась перебирать вещи.
Находя что-то подходящее, прикладывала ко мне. Морщилась, отбрасывала на кровать и снова отправлялась разбирать вещи. Через несколько минут на кровати лежала уже добрая половина гардероба девушки. Наконец она достала то, что, видимо, искала. Победно улыбнувшись, протянула мне вешалку и снова вернулась к шкафу.
Я стала обладательницей черного шелкового комбинезона с открытой спиной, с неприлично глубоким декольте, не подразумевающим нижнего белья и широкими штанами с разрезами от бедер. В не меньшем шоке оценивала предложенный наряд.
Через несколько мгновений в моих руках оказались черные атласные открытые босоножки с тонким ремешком вокруг голени. Но когда я увидела шпильку... мне чуть плохо не стало. Она грозила обойти даже шпильку туфель, подаренных Калебом. Нет, они определенно сговорились!
Оставив шкаф в покое, Изабэль направилась к трюмо, достала одну из коробочек и протянула мне. Я открыла. Моему взору предстало украшение: тонкие длинные звеньевые цепочки из белого золота или платины. Учитывая, кому принадлежала эта вещь, более чем уверена, что металл – платина. Цепочки фиксировались на уровне груди двумя переплетенными между собой кольцами. Одно из них было усыпано бриллиантами. Я с немым вопросом перевела взгляд с вещей на девушку.
– Не смотри на меня так, – Изабэль вертелась перед зеркалом, поправляя свое платье и прическу.
– Я не могу это взять, – положила все обратно на кровать.
– Не то, что можешь... Ты возьмешь, наденешь и появишься в таком образе на приеме. Будем считать это извинением от парней, – графиня снова лучезарно улыбнулась и принялась надевать туфли. – А, да. Чуть не забыла. Аделина! – неизвестно откуда бесшумно появилась еще одна девушка в наряде горничной и поклонилась Изабэль. – Аделина, помоги нашей гостье подготовиться. Прическа также на тебе. После проводи в залу.
– Да, госпожа, – девушка снова поклонилась.
– Люция, я тебя оставлю. Встретимся позже. Мне, как хозяйке, еще нужно встретить гостей. Справишься?
– А? Да, конечно…
Графиня покинула комнату, а я все еще стояла в растерянности. Из транса вывела Аделина, которая тут же суетливо начала крутиться вокруг меня. Усадив на маленький мягкий стульчик у трюмо, принялась колдовать над моими волосами. Они еще полностью не высохли, поэтому каждая прядь в ловких пальцах девушки и под воздействием фена легко ложилась так, как было нужно. Отдельные пряди накрутила, собрала с одной стороны и зафиксировала невидимками. Девушка все выполняла с такой скоростью, будто это были не волосы, а... даже не знаю, какое сравнение подобрать. Я так быстро даже вымытую посуду не расставляю. Для завершения прически добавила несколько шпилек с бриллиантами. Все получилось просто фантастически, а главное – весь этот шедевр занял не более получаса, может, и меньше. Надо непременно взять у нее пару уроков!
Пока я снова была погружена в размышления, Аделина развернула меня к себе лицом и принялась за макияж. Несмотря на скорость ее действий, все было выполнено просто идеально. При этом девушка не произвела ни одного лишнего движения или штриха. После помогла переодеться и с украшением. Даже не позволила застегнуть босоножки!
И вот я, вся такая нарядная, покинула комнату вслед за Аделиной. В полумраке на такой высоте шла очень осторожно, а, следовательно, медленно. Больше меня заботило не то, что я могла заблудиться, отстав от горничной, а то, что могла, зацепившись, либо сломать каблук, либо порвать ткань. Девушка, заметив мои мучения, взяла меня за руку. Идти стало несколько легче.