Что это? Инстинкт самосохранения? А может, настолько сильное желание жить? Глупость? Сложно сказать... Почему один человек поступает так, другой – иначе? От чего это зависит? Чем руководствуется? Что способствует, подталкивает? А возможно ли развить в себе эти качества и как их тренировать? Еще одна тема для философских рассуждений. Мне сейчас определенно не до этого.
Не знаю, что со мной происходило. Наверно, какое-то помешательство на фоне стресса. Прекрасно понимала, что я для волка – так... как говорится, на один зуб, и никакой угрозы не представляла, скорее стандартная трясущаяся от страха жертва, которую даже чтобы поймать – не надо напрягаться. Однако мои действия удивили не только меня.
Несколько долгих секунд мы с волком смотрели друг другу в глаза. В какой-то момент во мне что-то щелкнуло. Напрочь отбросив понимание того факта, кто передо мной, поднялась на ноги с невозмутимым видом под пристальным взглядом хищника. Отряхнулась, насколько это было возможно, и недовольно посмотрела на зверя. И тут...
– Да что вам от меня надо?! Во мне нет ничего особенного! – закричала на животное, будто оно могло меня понять. Страшно не было. Нет. Даже наоборот. Я злилась на то, что уже очень достала вся эта непонятная ситуация, и теперь мне просто надо было выплеснуть негодование. – Хватит преследовать! Оставьте меня в покое!
Подняв камень, уже замахнулась, но бросить не смогла. В этот момент вся моя смелость улетучилась, а мозг проанализировал ситуацию. Осознав, что собиралась сделать, выронила импровизированное оружие и осела на землю, с ужасом наблюдая за хищником.
Желтые глаза все это время неотрывно следили за мной. Волк словно понял, что я сказала, а может, пришел к какому-то своему умозаключению, сделал пару небольших шагов ко мне, лег, опустив голову на лапы, продолжая смотреть, и заскулил.
От неожиданности я растерялась. Предполагала куда более бурную реакцию на мои крики.
Разумная половина меня упорно твердила, что надо ретироваться, пока животное не изменило своих намерений. Вторая половина жаждала приключений. Ну, если меня не разорвали на кусочки в первые минуты, то вряд ли это случится теперь. Когда во мне просыпались любопытство и азарт, инстинкт самосохранения отключался.
Во внутренней ожесточенной борьбе победил интерес. Страх отступил куда-то на задний план и благополучно там затерялся. Моя любовь к животным (независимо от того, милый ли это домашний питомец или же дикий хищник. К тому же передо мной волк, а это, в свою очередь, моя слабость...) подогревала интригу и подталкивала на необдуманные и весьма опасные действия. Да, внутренние заговорщики оказались сильнее меня, еще и фантазия с воображением подыграли, ну и очень уж хотелось выяснить, что же от меня все-таки было нужно...
Я достаточно осмелела для дальнейших необдуманных поступков. Все еще сидя на земле и не сводя взгляда с хищника, осторожно потянулась рукой. Волк никак не отреагировал, но продолжал пристально наблюдать. Уже почти коснулась морды, как зверь напрягся и, оскалившись, зарычал. Испуганно отдернула кисть. Глупая затея! Очень глупая! Однако, быстро успокоившись, клыкастый снова улегся рядом.
– Слушай, ты уже определись, наконец, в своих желаниях, – уверенность снова заняла почетное место. – И думай быстрее. На улице холодно, – поежилась и, встав, сложив руки на груди, с некоторым раздражением глядя на волка. Мне порядком это все надоело.
Хищник тоже поднялся и неспешно направился в сторону леса.
– Какой обидчивый... – развернувшись, собралась поднять сумки, найти ключи, войти в дом и дождаться окончания дня в теплой и мягкой постели.
Но нет. Кажется, этот день угрожал быть неимоверно долгим...
Не успела я сделать и пары шагов, как почувствовала, что меня потянули назад. Обернувшись, увидела, как зверь, ухватившись зубами за край тонкого свитера, медленно отступая, увлекал меня за собой.
– Серьезно? – отправиться на ночь глядя в лес, да еще и в компании волка желания не возникло. – А до завтра не подождет?
Хищник продолжал упорно настаивать на своем, а свитер начал угрожающе трещать.
– Ладно, ладно! – как будто вариантов на выбор было больше одного. И во что опять влипла? – Идем сейчас. Только отпусти.