Поступившая работать в санаторий медсестра на посту выполняет свои обязанности. Время после обеда, когда лечащий врач уже покинул корпус. Приходит главный врач, видит новую медсестру и задаёт ей несколько вопросов, потом спрашивает, как здоровье? Получив ответ, что хорошо, говорит: давайте я вас послушаю. Я была огорошена и начала мучительно раздеваться по пояс. Потом, когда я сказала об этом другой медсестре, она оказалась умней меня и улыбнулась, и я поняла, что попала впросак. Комната в общежитии, где я жила, была со стороны окон, ниже, чем стоящая перед ним стенка. Так что в окнах без штор, было всё хорошо видно. Вечер, горит свет, прохладно, я одна, в накинутом на плечи пальто я сижу у стола и ем санаторный винегрет, который принесла с работы девушка, работающая официанткой. Заходит главный врач, меня это смутило, я встала, как солдат на карауле около этой миски, ноги без тапок на малиновой ковровой дорожке. Говорил ли он что, я не помню, но помню, что он, наверно, понял моё стеснённое состояние и погладил меня отечески по голове, что мне ещё больше добавило стыда. Он был ещё не женат, у него была девушка медсестра, моя ровесница, которую уже при мне переместил из её общежития к нему, его друг врач. Он что-то тянул жениться, как это часто бывает. Заходил он и ещё раз, но я была не одна и ситуация тоже была странная. Ко мне приехала из Симферополя на выходной двоюродная сестра, и мы днём отдыхаем на постели, головами в разные стороны. Я так и осталась лежать, как солдат я не стала вставать, но приятного было мало перед взором начальника. К этому добавила ещё и моя сестра, которая была независимой и любила шутить. От своей самостоятельности, она успела на голову натянуть одеяло, что вызвало подозрение посетителя, блюстителя нравственности. Он постоял в размышлении, даже в раздумье, а потом взял и снял одеяло с лица девушки, по профессии юрист. Скажу про работу официантки, её глазами, как она мне рассказала, когда она была уже в должности медсестры. С её слов я поняла, что в то время эту работу можно было назвать грузчица. От такой работы она сильно похудела и была вынуждена пить разведённый водой сахар, чтобы удержаться на ногах.
Первое лето. Я вечером иду по лесной дороге вниз от трассы Симферополь- Ялта, в санаторий. Ещё не поздно, но уже темно. Меня кто-то незнакомый догоняет и начинает идти рядом. Я начинаю ёжиться и побаиваюсь, хотя он не делает никаких агрессий, он просто идёт со мной, к чему я не готова. И думаю, как же мне избавиться от соседства? Мне надо поворачивать на третий корпус, а это ещё км. полтора ходьбы по лесу и идти с неизвестным мне человеком, я не решаюсь. Подходим к административному корпусу, и я иду в противоположную сторону, к первому корпусу, где я работаю. Зашла в вестибюль и он за мной, как будто, так и надо. Я не посчитала нужным, на него даже посмотреть, потому что он без моего на то согласия шёл рядом, а я его боялась. Я без объяснений поднимаюсь по парадной витой лестнице дворца на второй этаж, в кабинет медсестры. Он садится в кресло меня ждать, меня мучает страх, как же мне от него освободиться? Я говорю медсестре: посмотри, он сидит? Ответ положительный. Тогда я принимаю решение спуститься по наружной рабочей лестнице, которая рядом с окном кабинета и на всём протяжении огорожена, с железной площадкой под окном, загородки которой вверху заканчивались пикой. Как я там протискивалась, не помню, чтобы взобраться внутрь этой лестницы, ведь загородка сделана, чтобы никто не мог проникнуть через окно в кабинет. Зато помню свой страх, а вдруг он выйдет из главного входа, так он же меня здесь и встретит. Спустившись с лестницы, мне надо было, как разведчику, оторваться от врага, перебежав открытую площадку на земле, поднявшись бегом по другой каменной лестнице, которая вела на дорогу к третьему корпусу, цели моего путешествия. Сейчас я думаю, а почему я не обратилась в своём корпусе, чтобы меня проводили? Я проходила школу жизни, я совершала благовидный поступок. Теперь я вижу событие с другой стороны. Человек прошёл безлюдное место без нарушения, а я продолжала его бояться. Так кто виновен, он, или я? Я на него не посмотрела, а может, он мне понравился бы? Он просто шёл и его путь совпал с моим, а я ещё не научилась мыслить и видела только одну сторону события. Такая неосведомлённость ушла со мной в будущее, и я не знала, что близкий человек, муж, может причинить боль, страдание, не меньше, а больше, чем на большой дороге. И только ли посторонних нужно бояться? Кто в молодости задумывается, а не причинит ли любимый муж вред жене, как на большой дороге?
Летний день в санатории, я иду, и навстречу мне идёт парень, он останавливается, делает мне комплимент за ходьбу и изъявляет желание со мной познакомиться. Отказать такому красивому парню, днём, я не смогла, и мы договорились вечером встретиться. Мы походили не по основной дорожке, а той, которая вела сокращённо к третьему корпусу. Постояли около огромного камня у дороги, он вёл линию разговора, из которого я запомнила, что любовь ценится очень дорого. Он моряк, ему наверно, надоели мелькающие, пустые встречи, и он выражал свою затаённую мечту, встретить свою любовь, я так поняла, чтобы его любили. Вёл он себя скромнее скромного, но увидеться нам больше не пришлось, его выписали из санатория за нарушение, за вылитый на кого-то борщ. Могли бы и предупредить, учесть молодость, что он моряк, может, он привык ходить, покачиваясь, ещё не адаптировавшись к земле? Зато я знаю, что есть мужчины, которые ценят человека, любовь, семью! С собой рядом в жизни я такого человека не видела.