Криво улыбнувшись, Наруто прикусил табачную палочку, чувствуя на языке горьковатый вкус дыма, что вскоре быстро перебрался в горло, стоило блондину втянуть в себя воздух. В голове вновь стало тяжело, как и тогда, у фургона, и Узумаки поспешил выдохнуть.
А следом вновь затаить дыхание, потому что холодные пальцы едва ощутимо провели по губам, стирая вкус табака.
- Сигареты точно не станут частью моей жизни, - попытался нарушить повисшую между ними паузу Наруто. На что Саске забрал из его пальцев сигарету и, уронив на пол, наступил на неё ногой.
Узумаки отчего-то стало неловко. Почему-то вспомнилось всё, что произошло в последние дни, что произошло между ними. Любопытство - так он окрестил это странное, заставляющее подходить ближе. Часть него хотела вернуться в то время, когда Учиха был «высокомерным придурком», когда не надо было ломать голову, пытаясь перебрать из всего списка оправданий своим глупостям самое безобидное.
Наруто устало вздохнул:
- Расскажи мне… как жить, что чувствовать?
- Из меня плохой учитель.
- Расскажи, - провёл Наруто пальцем по едва заметному шраму на груди брюнета.
Очередной кинжал? Запястье тут же перехватили, сжимая крепко, но не больно. Узумаки поднял глаза на Саске, и тот строго проговорил:
- Не трогай.
- Почему?
Вторая рука Узумаки легла на плечо брюнета, и тот недовольно ощерился:
- Сказал - не трогай.
С этими словами Саске перехватил вдох Узумаки быстрым поцелуем. Наруто даже замер от неожиданности, а когда Учиха было отстранился, потянулся следом за ним, не желая отступать. Давно было пора разобраться с этим…
С тем, чего Наруто никак не мог понять, но что с каждым мигом начинало затягивать всё сильнее и сильнее.
Его внезапно толкнули назад, прижимая лопатками к двери и перехватывая запястья рук сильнее.
- Если я говорю «не трогай», ты не трогаешь, - почти зло прошипел в губы Учиха. - Понял?
- С какого я должен тебя слушаться? - с вызовом мотнул головой Наруто, не позволяя холодным губам вновь похитить вдох.
- С такого, - чёрное серебро глаз блеснуло остриём лезвия. - Ты будешь меня слушаться, Узумаки.
- Да иди ты, - ухмыльнулся блондин и дёрнулся вперёд. Не чтобы вырваться из несильного захвата, а чтобы поймать губами бьющуюся вену на тонкой шее парня.
За что получил несильный пинок по колену и удивлённо уставился на Саске. Лицо брюнета выражало крайнюю степень готовности надрать кое-кому уши. Наруто догадывался - за мордобоем дело не встанет, если Учихе вдруг взбредёт в голову доказать, что слушаться его не просто нужно, а необходимо.
Вместо вполне ожидаемой оплеухи, почти болезненный поцелуй ободрал губы. Наруто возмущённо шикнул, кусая в ответ и получил очередной пинок по ноге. Пришлось дёрнуться сильнее, но лопатки со стуком вновь врезались в дверь.
Учиха отстранился, не отпуская запястий парня, глядя прямо в глаза и ухмыляясь. Но его лицо слишком быстро налилось каменным спокойствием, и тишина тонкими хрустальными ножами повисла в воздухе.
Саске придвинулся ближе, проводя чуть разомкнутыми губами по скуле Наруто. Ранку на ней неприятно защипало, и Узумаки вжался спиной в дверь сильнее, ловя вопросительный взгляд брюнета. Учиха придвинулся ближе, наваливаясь тяжелее. Тёплое дыхание в висок покрыло кожу Наруто приятными колкими мурашками. Он сжал кулаки, забыв о том, что надо бы вырваться. Ощущения, рождающиеся внутри него, мешали думать о чём-то другом.
- Если не будешь трогать, - прошипел на ухо Саске, носом задевая висок и в очередной раз заставляя тело отозваться колючей дрожью. - Отпущу.
Наруто, слабо представляя, что вообще от него хотят, нервно кивнул и запястья действительно отпустили, запустив вместо этого руки под футболку.
И, как Узумаки не старался, он всё равно попытался обнять Учиху, получив холодный взгляд в ответ.
- Извини, - выпалил блондин, опуская руки и чувствуя себя каким-то манекеном. Тряхнув головой, он решительно спросил: - Саске, а почему?
- Обойдёшься, - хмыкнул Учиха, проводя пальцами по горячему животу, надавливая на бока.
Этот мерзавец будто бы знал, как прикасаться. Под кожей разлилась приятная слабость, будто бы тело было готово раствориться в подогретой свечным огоньком темноте. Руки Узумаки повисли вдоль туловища, и он всё-таки прикрыл глаза, ударяясь затылком о дверь.
Совесть заткнулась, оглушённая ощущениями.
Ветровка с тихим шуршанием слетела на пол, и стало прохладнее, хотя Наруто догадывался, что его тело, никогда не отличающееся холодностью, сейчас вовсе превратилось в полыхающий факел.
Его смущала вся эта возня. Саске был слишком близко, вокруг них было слишком душно. Хотелось броситься к окну и открыть его, чтобы вдохнуть свежего воздуха, но ноги приросли к месту, налившись странной приятной тяжестью. Наруто ярко вспомнил, что было в бассейне, и щекам стало жарко. Шумно выдохнув, парень закусил губу, стараясь стоически выдержать очередное прикосновение черноволосого идиота. Рука, надавив на тазовую косточку, поддела пальцами край джинс, щекотно поводя по чувствительной коже и вынуждая выставить перед собой локти. Тщетная попытка отодвинуться от Учихи хотя бы на сантиметр провалилась под натиском собственного же тела. Наруто только сейчас понял, что сильно зажмурился и торопливо распахнул глаза, встречаясь с обидно спокойным взглядом Саске.
Придушенная ощущениями злость всколыхнулась в душе. Наруто чувствовал себя податливым куском льда, что благополучно таял в холодных руках брюнета. Мысли путались, бились друг о друга, рождая перед глазами странные чёрные точки, дыхание начинало застревать в горле, становясь слишком горячим. Внизу живота тяжелело, ныло одновременно: и сладко, и больно - Саске же был спокоен. И это бесило.
- Учиха, - выдохнул Наруто, облизнув пересохшие губы. - Я не могу стоять просто так.
- Почему?
Пуговка джинс со щелчком расстегнулась, молния поехала вниз и стало свободнее.
- Я… я не знаю…
Он думал, что задохнется, когда пальцы Саске сомкнулись вокруг ноющей плоти. Опять тоже самое чувство, когда готов разлететься на осколки. Наруто не выдержал, опуская голову на плечо Учихи и горячо выдыхая в бледную кожу. Наверняка, на ней от вышедшего из лёгких воздуха мог остаться ожог. Да, Наруто чувствовал себя драконом, которого зачем-то упрятали в эту хрупкую человеческую оболочку.
Саске навалился сильнее, воздух между ними превратился в горячий пар и Наруто вновь ударился затылком о дверь, невольно подставляя шею под поцелуй. Мысленно ругнувшись и уже послав все к чертям, Узумаки поймал губы брюнета, приоткрывая глаза. На удивление, Саске не был против поцелуя, и это вернуло под ноги утраченную было землю.
Целовать Саске было приятно. Вдвойне приятнее было, когда тот отвечал, прижимая одну руку к пояснице, а второй оглаживая налившуюся истомой головку члена. Узумаки действительно чувствовал себя бревном, лишённым возможности хоть как-то ответить. Бревном, которое бросили в костёр и полили бензином, поджигая. Так горелось лучше.