Мозг будто бы покрылся странной плёнкой, сквозь которую не проникали мысли, а серая вязкая субстанция в собственном черепе ощущалась распухшей тёплой ватой.
Отцепив с пояса всё ещё тёплого тела пластиковую карту, объект подошёл к двери и провёл прямоугольником по гладкому дисплею, что, пискнув, засветился зелёным. Что-то зашипело, и заозиравшегося по сторонам мужчину обдало тёплым воздухом и только потом двери с автоматическим жужжанием отъехали в сторону.
Объект замер, вглядываясь перед собой и не решаясь ступить шагу за порог. Его что-то беспокоило, что-то мешало двинуться вперёд в этот узкий коридор.
- Эй! - глухой голос впереди заставил поднять глаза.
За большим окном в противоположной стене стоял парень, то и дело ударяя окровавленной рукой по стеклу, стремясь привлечь его внимание. За ним на полу лежало тело человека в халате, на спине которого темнело крупное пятно крови.
- Выпусти меня!
Судорожно кивнув, объект рывком двинулся вперёд, ударившись руками о стекло. Тот, что стоял за ним, как-то боязливо отступил назад, глядя перед собой красными глазами.
- У него есть карта, - выпалил объект, показывая свой пластиковый прямоугольник и тыча пальцем в труп на полу. - Достань…
Второй пленник нервно закивал, оборачиваясь к телу и рывком переворачивая его на спину.
Было тревожно вот так просто стоять посреди коридора, и объект то и дело поглядывал по сторонам, отчего-то решив дождаться второго. Вместе им будет легче выбраться отсюда.
Подумать только… обычная жизнь всего в нескольких шагах… вот она. Рядом.
Хватай и больше никогда не отпускай.
От радостных мыслей его отвлекла открывшаяся дверь и вывалившийся наружу парень. Он, закусив губу, широко улыбнулся, видимо, почувствовав то же самое дыхание свободы.
- Как ты выбрался? - спросил объект, вглядываясь в своего сообщника. - Голос?
- Д-да. Он раздался у меня в голове, а потом… сила… я почувствовал силу!
- Нам кто-то помог…
«Слушайте меня», - раздалось эхо в голове, и объекты вперились друг в друга понимающим взглядом. Это было словно радиопередача, играющая только для двоих в их мозгах.
«Вам нужно спуститься на четвёртый уровень и вытащить меня. А потом я помогу вам выбраться. Без меня вы не сможете…»
- Что делать? - выпалил Третий. - Твой номер?
- Четвёртый, - отозвался парень, - нам нужно спуститься… нам уже помогли, значит, без него мы действительно не справимся.
- Опасно…
- Но мы даже не знаем куда бежать! - нервно усмехнулся Четвёртый, оглядываясь по сторонам.
Его левая щека, перепачканная кровью, была похожа на застывшую маску, а глаза сверкали слишком живо. Третий заметил, как по воспалённому белку зазмеились тонкие чёрные венки, но ничего не сказал, решив, что это сейчас неважно. Чёрт возьми, их держали в лаборатории, и неизвестно, что творилось сейчас с телами. Главное - выбраться, а дальше разберутся.
- Идём. Нам нужно вниз…
«Я поведу вас».
Но в следующий момент по коридору разнёсся отвратительный вой сирены, оборвавший сердце и заставивший его рухнуть куда-то вниз. Объекты, одновременно ринувшись вперёд, так же синхронно и застыли, наткнувшись на вышедших из-за угла людей в чёрной форме. Те держали в руках автоматы и, кажется, собирались стрелять на поражение.
- Что делать?! - выпалил Четвёртый, попятившись.
Третий замер, вперившись немигающим взглядом в приближающихся быстрыми шагами солдат. Здравый смысл вопил бежать в обратном направлении, но плёнка вокруг его разума стала плотнее и мысли вовсе растворились в единственном желании - убивать.
Жар пронёсся по телу во второй раз, позвоночник кольнуло болью и он не сразу понял, что это пуля въелась в его тело. Взгляд прошёлся по первому ряду военных, и только потом он увидел, что протянутая к ним рука пошла толстыми, чёрными венами.
Объекта это не напугало: страх ушёл на второй план, оставив внутри лишь неистовую злость. Она разрасталась, как и эти вены, что охватывали его тело толстыми канатами, а рассудок медленно гас под напором чего-то свирепого, чего-то, что было в его теле всегда, но до сих пор не получало полного выхода.
Ощущение собственной силы опьяняло. И оно же бросило Третьего на солдат, игнорируя громкие выстрелы, пули, что въедались в его тело, пробивая органы и иногда задевая кости. Боли не было.
Вирус, взявший контроль над его существом, не давал её чувствовать. И это было прекрасно.
Прекрасно было вцепиться пальцами в шею одного из солдат, ломая её, будто бы палочку, прекрасно было слышать хрип и хруст, прекрасно было быть сильнее тех, кто когда-то заставлял его чувствовать боль и страх.
Теперь он был тем, кто решал: кому жить, а кому умирать.
Рука вцепилась в чьё-то плечо, следом за пальцами в грубую ткань чёрной плотной куртки врезались крепкие зубы, без труда прокусывая её и добираясь до брызнувшей кровью плоти.
Мощный удар в висок не дал насладиться вкусом сполна. Его отбросило, ударило о стену и объект попросту сполз по ней, чувствуя, как по правому виску расползается что-то горячее и вязкое.
Затуманенный жаждой взгляд зацепился за подрагивающие ноги Четвёртого, который лежал на полу, заливая белый кафель кровью из простреленной головы. Рядом с парнем, зажимая шею, сидел солдат без маски. Его пальцы странно синели, словно из тела выходила вся кровь.
Третий почему-то улыбнулся, когда тот поднял на него покрасневшие глаза, к которым по щекам уже тянулись тёмные капилляры, будто бы наполненные не кровью, а чернилами.
Он теперь был не один.
Теперь и этот человек знал жажду. Знал силу.
Разум мигнул. Новый выстрел, но он успел броситься с места мимо окруживших его солдат. Ставшее неповоротливым тело врезалось в стену, но тут же сорвалось с места. Мимо засвистели пули, а объект уже видел впереди замешкавшуюся жертву в белом халате, на которую и налетел, сбивая с ног и подминая под себя.
Теперь он успел вгрызться в податливую шею достаточно глубоко, чтобы высечь из чужого тела оглушающий крик, чтобы сполна почувствовать вкус крови, мяса.
А потом разума просто не стало…
***
Тёмный подвал, где стены, как и везде в этом здании, покрывает поблескивающая светло-серая «чешуя» кафельной плитки. Подвал действительно напоминал собой огромного, затаившегося глубоко под землёй монстра. Или дракона.
Темнота, которая наполняла его холодное нутро, казалась заполненной тонкими шепотками и тихим перезвоном капели, а ещё чем-то зловещим, застарелым и заснувшим в ожидании своего часа.
Орочимару прошёл мимо высокого ряда аппаратуры, тускло поблескивающей множеством красных и зелёных глаз. Они внимательно следили за тем, кто вторгся в их густое одиночество, подсвеченное тусклым и холодным светом неоновой лампы.
Мужчина шёл спокойно, не смотря на то, что всего этажом выше кипел самый настоящий ад: парочка вырвавшихся объектов успела порезвиться перед тем, как их мозги украсили стену кровавым веером брызг.