Цунаде грустно качнула головой, пытаясь улыбнуться, но выходило у неё это плохо. Она, проведя руками по плечам Какаши, отошла от него, опустив взгляд, и проговорила:
- Ирука, я подожду тебя здесь…
- Хорошо.
Тихий шорох удаляющихся шагов и внезапная тишина, которая наступила, стоило мужчинам скрыться в узком переулке между домами-гробницами. Она подняла глаза, оглядывая серую стену, испещрённую понизу отметинами от выстрелов, затем крупными каплями крови, и у перевёрнутых мусорных баков увидела нелепо лежащее тело. Оно практически разложилось, но зато было прекрасно видно, что пули настигли свою цель: голова несчастного была расколота с одной стороны, будто переспелый арбуз.
Цунаде устало прикрыла глаза, отворачиваясь от переулка. Всё это было нечестно… и то, что Умино так просто согласился убить друга, напоминало жуткий, вывернутый наизнанку сон.
Лай Акамару отвлёк женщину от мыслей, заставив вскинуть голову. Но, как оказалось, поздно. Всё, что успела увидеть Цунаде - приклад, резко обрушившийся на её висок.
***
Наруто с трудом перевернулся на бок, стараясь особо не шуметь. Проведя столько времени в мире, где каждый шорох может стать для тебя последним, учишься быть аккуратным даже тогда, когда голова забита сонной ватой.
Только вот спал ли он?
Холод, окутывающий с ног до головы, подсказал, что лежит Узумаки на полу и, кажется, довольно долго, если судить по онемевшим рукам и неприятной тянущей боли в спине. Кое-как приподнявшись на локте, он огляделся. Совершенно тёмное помещение, которое для него было зернисто-серым, оказалось пустым. Ни единого предмета, который мог бы дать зацепку о том, где он находится.
- Что за…
Наруто, опираясь о стену, поднялся и тут же поморщился от стрельнувшей боли где-то в грудине. Рука накрыла солнечное сплетение, и под ладонью он почувствовал засохшую корочку крови и разорванную ткань футболки. Это было похоже на след от выстрела, хотя кожа на груди была ровной и раны Узумаки не нашёл.
Нахмурившись ещё сильнее, он медленно двинулся в сторону двери. Всё это напоминало ему дурной сон, а когда, толкнув створку, Наруто не встретил сопротивления и та открылась с тонким скрипом, он удивлённо приподнял бровь.
Последнее, что Узумаки помнил, как контроль над его телом взял Девятый. Как он, Наруто, сидел в черепной коробке собственного тела и ничего не мог поделать, когда Саске направил на него дуло пистолета. А потом был выстрел, и наступила темнота…
Глупо было думать, что он всё-таки умер и теперь попал в какое-то из множества посмертных измерений. Узумаки в это не верил, потому что просто не мог представить, зачем кому-то создавать то, что не принесёт никакой пользы. Ведь какая выгода от Рая и Ада, если люди теперь и думать забыли о своей душе.
За дверью оказался длинный коридор, здорово походящий на больничный. Здесь было светлее из-за мерцающей под самым потолком тонкой неоновой лампы. Её холодный свет, отражаясь от глянцевого пола, неприятно резал привыкшие к полумраку глаза, а едва слышное гудение в хрупком стеклянном теле давило на уши.
Эта мигающая кутерьма света и тьмы немного сбивала с толку, но Наруто решил, что раз здесь есть электричество, значит, он где-то в более-менее безопасном месте.
А ещё здесь пахло хлоркой, и этот запах показался ему знакомым. Будто бы ещё недавно вдыхал точно такой же, пока Кабуто, ворча, отсыпал ему обезболивающие таблетки.
Он остановился посреди коридора как раз под лампой, щурясь и медленно втягивая в себя холодный воздух. Узумаки не нравилось это место, ему не нравился этот липкий холод.
- Есть кто? - крикнул он, чтобы хоть как-то разрезать вязкую тишину.
Его голос разнёсся по коридору, отразился от светло-зелёных стен и зазвенел в лампе напряжённым тонким гулом электричества.
Наруто прислушался, различая приглушённый стук чего-то острого по стеклу. Этот звук, словно второй пульс, бил по вискам, заставляя всё-таки сделать шаг вперёд. Когда Узумаки приблизился к приоткрытой двери, то стук прекратился, но он явно исходил из этого чёрного нутра комнаты.
- Эй, - позвал парень, осторожно толкая дверь и вглядываясь в черноту проёма. - Кто здесь? Кабуто?
Заходить в тёмную комнату совершенно не хотелось, но, скрепя сердце, Наруто всё-таки открыл дверь на всю ширину, впуская во тьму слабо мерцающий свет неоновой лампы. От двери по полу потянулась узкая белёсая полоска, ударилась в стену и расползлась по ней кляксой.
Он медленно ступил на этот хрупкий электрический мостик. По краям выросли стены из сплошной мглы, и ему казалось, будто бы кто-то вот-вот выпрыгнет оттуда или же утянет его самого.
Но ничего не происходило. Узумаки стоял в полоске света, гудела лампа, шумело в ушах от тишины.
…Тихий стук. Острым. По стеклу.
Парень резко повернулся, практически с вызовом уставившись во мрак. Постепенно его глаза смогли различить очертания забитого досками окна, стула у стены и невысокой чёрной фигуры. Сердце сделало удар где-то в горле, а потом Наруто всё-таки сделал шаг вперёд и замер, войдя в эту тьму.
- Они принесли тебя утром, - глухо заговорил человек голосом Гаары. Он поднял руку и вновь стукнул по стеклу чем-то, зажатым в кулаке. - Мёртвым. С дырой в груди.
- Гаара?
- А потом было много шума, суеты. Они говорили, что ты объект, что ты опасен, что ты Девятый.
Узумаки похолодел. И боялся он не того, что его раскрыли, а того, что могло последовать дальше. Сглотнув горький ком в горле, Наруто всё-таки выдавил из себя:
- Дальше?..
- Они закрыли тебя здесь…
В это не верилось. Военные прекрасно понимали, на что способен Девятый. Они искали его и, кажется, не могли совершить такой глупый поступок. Это не укладывалось в голове, а происходящее всё больше напоминало очередной ночной кошмар.
Тёмный силуэт Гаары медленно повернулся от окна. Хотя его лицо всё ещё оставалось в тени, Узумаки прекрасно видел два мерцающих красным глаза.
- Гаара, - настороженно позвал Наруто, - что было дальше?
Даже сейчас Узумаки чувствовал чужую улыбку, и от неё по телу бежали мурашки.
- Это ты расскажи мне, что было дальше.
Его резко толкнули в грудь. Спина налетала на пустоту, и Наруто нелепо взмахнул руками в попытке ухватиться за воздух. Тьма, в которую он упал, неожиданно оказалась мягкой, словно ворох чёрного пуха. Медленно, сантиметр за сантиметром, его тело начало погружаться всё глубже.
Узумаки показалось, что его засасывает в вязкое болото. Он попытался поднять руку, но ту уже сковало странной тяжёлой слабостью. На грудь начало давить, и парень, вытянув шею, попытался вдохнуть, но вместо воздуха в глотку полился мрак. Наруто задыхался, чувствуя, как медленно тонкие корешки пронизывают всю его плоть.
Холодная рука сжала его запястье и резко дёрнула, будто бы вырывая из этого зыбкого марева. В глаза ударил яркий белый свет. Узумаки зажмурился, пытаясь закрыться рукой от холодных лучей, но тело его не слушалось, будто превратившись в кусок ваты.