- Иди к чёрту, - ядовито прошипел Саске.
В следующий момент что-то загрохотало, двери кузова с ужасным скрежетом открылись, и Учихе пришлось заслонить глаза руками, чтобы хлынувший внутрь белый свет не выжег их. Размытое тёмное пятно поднялось внутрь, прошлось тяжёлыми сапогами по подрагивающему полу, остановилось перед ним, разглядывая, словно бы товар.
- Худой, - припечатал незнакомец, обращаясь кому-то за пределами видимости. - Зачем он ему?
Дослушивать Саске не стал. Он со всей силы ударил ногами по коленям завопившего незнакомца, ринулся вперёд, выхватывая у того нож, что висел на поясе, но тут же получил чувствительный удар прикладом в лицо от подоспевшего в кузов мужчины.
- Тихо, щенок, - прошипел кто-то, хватая его за ворот и хорошенько встряхивая.
Нож со звоном упал на пол, а Учиху толкнули к выходу, совершенно не смущаясь того, что падать из кузова было высоко.
Плечо, ударившись об асфальт, странно хрустнуло, скулу ободрало, словно наждачкой, а по глазам резануло светом. Злость, поднимающаяся внутри, расцвета новыми ядовитыми бутонами, прокалывая кожу шипами и раздирая мясо болью, когда его вздёрнули на ноги. Пытаясь сохранить равновесие, Саске было дёрнулся, но требовательный рывок в сторону и упёршееся в лоб дуло дали понять - лучше приберечь силы. Сейчас удача явно не на его стороне.
- А ты быстрый, - хмыкнул мужчина, удерживающий его.
Постепенно свет прекратил раздирать сетчатку, и Учиха смог различить не только расплывчатые очертания людей, но и то, что все, как один, они были одеты в тёмную одежду, а лица их были закрыты масками или платками.
Следом за ним из кузова стащили Хидана, который оказался не в пример спокойнее него. Он вообще выглядел несколько отрешённым, будто бы всё это происходило не с ним. Поглядывая по сторонам, тот спокойно улыбался, заставляя этих незнакомцев нервно коситься на него. Психов не любили даже сейчас и справедливо относились к ним с настороженностью. Наверное, именно поэтому рядом с Хиданом встали сразу трое: двое по бокам и один за спиной. Все с оружием, как отметил Саске.
Ему это не нравилось, а ещё больше не нравился этот пустырь, на котором они сейчас стояли. За спиной ребят, что держали Хидана, вперёд убегала узкая раздолбанная дорога, по левую руку - лесок, а по правую - перекопанное поле с крупными комьями земли.
- А с этим что делать? - донеслось из кузова.
Там тот мужчина, который съездил прикладом по лицу Учихи, озадаченно замер над растянувшимся на полу напарником. Нога последнего, вывернутая под неправильным углом, на колене ощетинилась желтоватой костью и окрасилась багровым.
- Перелом, - заметил кто-то рядом с Саске и неожиданно добавил: - В расход его. Некогда нам с ним возиться.
- В расход так в расход.
Какой-то совершенно безразличный голос сменился возмущёнными, а затем и жалостливыми мольбами, которые затихли, стоило прогреметь короткому выстрелу. Спустя пару секунд из кузова спрыгнул мужчина и встал рядом с Учихой, положив руку ему на плечо.
- Что дальше с ними делать?
- Ждать, - отозвался обладатель красной банданы, что закрывала половину его лица. Его маленькие тёмные глазки быстро осматривали то поле, то Саске, не останавливаясь долго ни на одном месте.
***
Наруто стоял посреди парковки торгового центра, обводя взглядом серое убранство бетонной поляны, перевёрнутые и поржавевшие цветы-машины, засохшие столбы-деревья с их голыми оборванными проводами.
Он стоял, слушал, как гудит ветер, и не знал, что делать. Впереди был огромный город, сейчас похожий на разбросанные и потемневшие картонные коробки, усеянные рыжими и чёрными кляксами. Серое небо лишь добавляло сходства с не особо удачной декорацией к дешёвому фильму катастроф.
Узумаки смотрел на всё это, а внутри шевелился холод. Он чувствовал себя мелкой щепкой посреди огромной свалки брошенных жизней, ненужных домов, забытых вещей. Обширная опухоль на теле Земли, которая разрослась настолько, что легче отсечь кусок, нежели пытаться вылечить.
Поправив найденную сумку с подобием припасов, Наруто убрал пистолет за пояс, крепче сжал топор и медленно побрёл вперёд. Особого направления он не знал, как и не знал то, где ему искать Саске.
Узумаки несколько раз даже попробовал прислушаться к себе, вспомнив слова Девятого про программу и способность объекта находить носителя. Но почувствовал лишь разливающуюся за рёбрами холодную пустоту, которая не могла принадлежать живому человеку. Никакой пульсирующей нити, по которой можно было найти Учиху, никаких следов его энергетики или ещё какой-нибудь ерунды - ни запаха, ни ощущений.
Ни-че-го.
Саске пропал. Со всех радаров, со всех карт.
Наруто упрямо прикусил губу, вскидывая голову и ускоряясь, почти переходя на бег. Его шаги гулким эхом разносились по пустынной стоянке, а в душе билось лишь одно: найти. Упрямое до скрежета зубов желание, граничащее с чем-то вроде помешательства.
«Как мне его почувствовать?» - спросил мысленно Узумаки, но Девятый лишь сверкнул красными глазами и… отвернулся. Если, конечно, несуществующее нечто может отворачиваться…
Зло зашипев, Наруто мотнул головой, сворачивая на широкую улицу, ведущую меж низких квадратных домов из красного кирпича.
В нос ударила ужасная вонь, и он остановился. Увиденное поразило куда-то под рёбра, выбив весь дух из него.
Если бы Узумаки верил в Ад, если бы видел его хотя бы однажды, то представил именно таким: облезлым, грязным, серым. Оборванные провода гирляндами свисали с тянущихся вдоль дороги столбов, мусорные баки, которыми пытались перегородить дорогу или забаррикадировать двери домов, осколки стекла, радугой брошенные на асфальт.
Но пугало не это. Вся улица была усеяна телами. Эти люди не стали тварями, они умерли от выстрелов в головы, но все их тела были прошиты пулями насквозь, будто бы кто-то просто развлекался, поливая их из автоматных очередей.
Некоторые тела были свежими, другие же давно обратились в пожелтевшие от времени костяки, покрытые истлевшими лохмотьями. Трупы смотрели на него пустыми глазницами, варёными глазами, тонкими веками. Они скалились ему в посмертных гримасах, будто бы приветствуя. Здесь были все: старики, взрослые, дети. Смерть смеялась над законами, она воспевала свою победу над человечеством, выставляя уродливые полотна в свою честь. Она упивалась своей властью, что чёрной траурной вуалью раскинулась в воздухе.
Все попали под неё. Все без исключения.
И даже Наруто с его генами, со всей этой силой Девятого… тоже был мёртв. Сейчас он был не теплее той женщины, что, прислонившись спиной к ящику с прессой, уронила голову на посеревшую костлявую грудь. Он не был живее раскинувшегося перед ним тела, истлевшего настолько, что было невозможно определить его пол.
Он был частью всей этой кучи трупов. Он был мёртв.
Оцепенение сменилось лёгкой дрожью в пальцах и спокойствием. Таким, какое бывает после смерти. Узумаки сделал первый шаг, стараясь не наступать на внутренности или пятна крови, но спустя пару секунд понял, что это бессмысленно. Он не сможет остаться незапятнанным, когда в воздухе стоит эта удушающая стена из вони, а душа пуста и забирает в себя весь этот дух смерти.