Ледяной расслаблено улыбается, лишь слегка, но глаза светятся неподдельной радостью и неким гордым ликованием. Наверное, это так заметно, или скорее связь еще действует, потому как Король Кошмаров понимающе усмехается, прекрасно поняв состояние Джека. Впрочем, не в этом месте они должны были встретиться. Кромешник вообще хотел по-другому, по нормальному и дома. Как бы это не звучало, но с романтикой и уютом… Но, как он и предполагал, Хранителям не сиделось на месте, а первые секунды, как только он появился в своем мире, сразу показали общую обстановку и пришлось немедленно менять все планы.
От убийства, причем жестокого и кровопролитного всех этих старых идиотов, Питча удерживает только Джек. Не хотел он портить настроение своему Снежному чуду, да и разорванные на кусочки защитники веры не слишком красивым декором смотрелись бы при этой их встрече. Но вот… кто сказал, что Питч не может повредить их изнутри? Поломать своей тьмой ребра, внушить такие страхи, которые этому никчемному новому Духу и не снились, исковеркать психику, чтоб уж точно от сумасшедших не отличались…
Ужас Ночи ухмыляется, по своему, совсем не добро, что предвещает скорую расплату тем, кто посмел угрожать жизни его Джеку. Он в мгновение исчезает, растворяясь в черноте тьмы, чтобы через секунду появиться на крыше, рядом с Джеком, быстро схватить беловолосого за руку и притянуть к себе, но часть тьмы все равно облаком направляя на Хранителей, окутывая их пологом мрака и на несколько минут поглощая ужасом. Единственное исключение — это Фея. Её Кромешник просто отправляет через тьму во дворец, пока другие ничего не видят.
— Дай мне минуту, — тихо просит Король Кошмаров, осторожно касаясь белых волос Джека, который на секунды прижался к нему, крепко вцепившись в черный плащ.
Фрост кивает, сильно зажмуривается, пытаясь унять сошедшее с ума сердце и, нехотя отстраняется. Он не хочет, чтобы Хранители увидели его таким и тем более увидели их взаимоотношения. Это слишком личное, и Джек никому не позволит видеть его настоящую сторону жизни. Морозный Дух выдыхает, с силой закусывает губу и старается переключится на ситуацию, а не на свои чувства, ведь не появись в эти минуты Бугимен, то неизвестно чтобы было бы, и возможно Страх действительно бы начал выигрывать. Однако подумать и заодно отвлечь себя Джек не успевает: полог, который Кромешник накинул на Хранителей, исчезает, но самих защитников веры тени не отпускают, удерживая в черном захвате.
— И? Как будем оправдываться? — почти ласково спрашивает Питч у Хранителей, только от этого «ласкового» тона у Джека по спине бегут острые мурашки и хочется в какое-нибудь бомбоубежище, желательно которое для Духов.
Фрост для надежности вновь переводит взгляд на Кромешника и понимает, что Черного Духа вконец разозлили, и таким злым он не был даже при Безликом… Джек молча опускает голову, понимая что вмешиваться бестолку, а его легкую улыбку могут неправильно истолковать сами защитники веры.
Николас недобро смотрит на Кромешника, ровно как и Банни с Сэнди, и только один Рей удивлен и теперь по-настоящему напуган, он словно забыл даже, что закован тьмой. Джек лишь усмехается про себя и думает, что хоть при появлении Короля Кошмаров этот мелкий Дух Весны заткнулся и у него наконец отбило словарный запас.
— Все же… — начинает Николас, но тень держащая его, резко сдавливает сильнее, а отдельные ниточки тьмы медленно вытаскивают из ножен его мечи.
— Я давал тебе слово? — небрежно спрашивает Питч, и одним движением ломает зависшие в воздухе мечи Северянина, — Или лишняя жизнь появилась, Николаус?
Король Кошмаров подобно мечам, с помощью тьмы вытаскивает и ломает бумеранги Кролика, заражает золотой песок чернотой, и отравляет природную магию Рея тьмой. Но теперь, в отличие от прошлых раз, починить физическое оружие будет невозможно, а восстанавливать чистоту магии придется несколько месяцев. Черный Дух специально полностью не уничтожает древесную магию Рея и золотую магию Песочника, ибо еще большее нарушение Баланса ему не нужно.
Когда последняя крупица тьмы уничтожает последние кристаллы у Хранителей и затихает последний треск магических шариков, Кромешник так же молча, осматривает всех пойманных в ловушку и действительно теперь беззащитных Хранителей. И подумать только… почти семь лет тому назад он мечтал об этой самой картине и о таком унижении этих зазнавшихся Духов. Но сейчас кроме злости и пренебрежения ничего такой вид Хранителей не вызывает. Питч усмехается, создает в когтистой руке черный шарик тьмы и медлит, смотря вниз и выбирая определенную стаю Кошмаров. Он уже придумал изощренный план мести, и теперь остаются незначительные детали. Король Кошмаров прищуривается и вновь кидает хитрый взгляд на Хранителей, и желтые глаза уже горят коварством и жестокостью.
— Как думаете, сильно на этот мир и на вас в частности повлияет обыкновенный городок с детьми в каждом доме, если заснув, каждый из них увидит страшные сказки про злых Хранителей?.. — словно издеваясь, Питч растягивает слова и говорит нарочито вежливо, он специально играется с защитниками веры и смотрит поочередно каждому в глаза, замечая тот самый страх, но лишь довольно ухмыляется и продолжает: — Про Хранителей, которые уничтожают веру, игрушки… убивают их домашних животных, поджигают дома и запирают в горящих подвалах их родителей? М? Что скажете, Духи Веры?
Это был определенный козырь и признаться, Питч не хотел его разыгрывать сейчас, но уж слишком далеко зашли эти Духи в придачу с Лунным. И наблюдая, как расширяются глаза у Николаса, как Банни начинает вырываться, поднимая ор, а Сэнди пытается перебороть тьму своим песком, Кромешник думает, что поступил правильно. Ведь страшнее этой угрозы только её исполнение, впрочем, такое он может сделать не только в одном городке, но и по всему миру, и такая сила Кошмаров ему подвластна уже более года, однако смысла для исполнение такой страшной мести не было, а сейчас…
Сейчас Питч действительно подумывал о том, чтобы сотворить такое. Ведь Хранители покусились уже не на него, а на жизнь Снежного Духа, и если его беловолосый мальчишка еще не до конца понял их план и замыслы, то Бугимен, как только появился дома, в момент раскусил весь план Луноликого и Хранителей, который заключался в уничтожении Джека путем создания нового Духа Страха. И ведь не просто так, а точно зная наперед, что Джек не позволит новому Духу разгуляться и будет бой не на жизнь, а насмерть, к тому же, Хранители учли, что самого Короля не будет, а значит помощи Джеку ждать неоткуда да и тьма долго ему подчинятся не будет.
«Так благородно и почти умно…» — мелькает ядовитая мысль, а Король Кошмаров на самом деле хочет отослать сейчас всю тьму и самолично придушить Хранителей голыми руками. Однако вновь встает слишком много «но» и приходиться только досадливо поморщиться, и пустить обыкновенных, но очень сильных Кошмариков по улицам засыпающего города.
— Ты не посмеешь! — заметив разлетающихся Кошмаров сразу же подает голос Николас, сжимая кулаки, но не имея возможности вырваться.
— Уже посмел… А вы — дерзайте. Ведь это только начало, — Питч по злому ухмыляется и рассеивает тьму на Хранителях и те сразу летят вниз, не ожидав, что их внезапно отпустят.
Всё же довольство от маленькой мести присутствует, но Кромешник только притягивает к себе ошарашенного, но в сердцах довольного Джека и с усмешкой исчезает из города, забирая почти всех Кошмаров и тьму с собой.
***
Перемещение через тени домой за секунды, но Морозный Дух думает, что даже это слишком долго, да и издевался над Хранителями Питч слишком долго. Хотя последнюю, жестокую шутку Джек понял и распознал, что отправленные по городу Кошмары это всего навсего обычные, детские страхи, стандартные и неопасные для Хранителей.
«Однако эффектно вышло», — думает Фрост и тут же быстро осматривается.
Джек стонет про себя и думает, что лучше если б они переместились в большой зал нежели смежную комнату. Ведь теперь тут слегка все по-другому, и льда больше и половину шкур недостает, и дальняя стена, где размешен вход в нижние подземелья, значительно так потрескалась из-за его ударов ледяной магии. Хотя имеет ли всё это такое значение, когда Кромешник вернулся? Джек уже в сотый раз себе задет этот вопрос, и в сотый раз сбивается, потому что мысли совершенно другие, и за эту секунду перемещения он уже столько надумал, что кажется прошел целый час. Но молодой Дух слишком быстро скидывает с себя оцепенение и избавившись от черной дымки, резко поворачивается с довольной улыбкой и ярким огнем в серебряных глазах, и тут же попадается в крепкие объятья своего личного Ужаса.