«Кстати, а ведь у Ника тоже есть отдельная библиотека. Только не та, что в третьей гостиной зале, а та, что в его кабинете. Но он… никогда не позволял мне там брать книги.» — Туффи задумчиво поднимает взгляд, и словно пытаясь уловить мысль, легким взглядом пробегается по дальним стеллажам книг.
Она уверена, что те книги очень ценные и древние очень, да ей порой казалось, что некоторые из них вообще не из этого мира, настолько необычно и по старому они выглядели. Туф много раз бывала в кабинете Хранителя Рождества, однако максимум что ей когда-либо позволяли то это рассмотреть обложки книг без названий.
Фея даже понятия не имеет, что эта за коллекция и почему для Николаса она настолько важна и он её так бережет. Удивительно, но как говорил сам Северянин, когда-нибудь эти книги помогут ему узнать всю историю до конца. Фея недоумевала тогда, да и сейчас по прежнему не понимает о чем были те слова друга. Или может о ком? Но странность той коллекции была не преувеличена. Там было действительно что-то иное, и Туф уверена, что не заклинания и не защитные схемы кристаллов. Что-то совершенно другое, потаенное, да и эта защита на книгах, чтобы никто не смог открыть…
Она это почувствовала еще в то время, как только необычная коллекция стала пополняться. А еще иллюзии, чтобы некоторые вообще не видели эти книги. Всё казалось ей странно еще тогда — в средние века.
— Совсем себя загнала. Недолог час и в параноика превращусь… — тихо отругала себя милая Хранительница Памяти, и стянув со спинки кресла шаль, прикрыла ей плечи, без какой-либо скованности или стеснения. Холодно не было, но так было приятней и мягче.
Крохи, по её просьбе, летали из одного отсека в другой, выискивали для неё нужные фолианты, а Туф, откинувшись на мягкую спинку, перевернула страницу, вчитываясь в строчку о самых древних формах защиты с помощью призыва черного дыма — одного из старых видов мрака, которым уже никто не пользуется.
Хранительница улыбнулась и углубилась в чтение. Время было раннее, ночь уже прошла и скоро поднимется солнце, а в библиотеке было уютно и почти тихо, лишь приятные взмахи крылышек зубных крох, летающих в разные стороны и, мерные, приятно ложащиеся на слух перелистывания страниц.
***
— И какого ты уже не спишь?.. Рано ведь ещё… — со стоном недовольства спрашивает Джек, щурится и потягивается под мягким пледом, не желая в принципе шевелится.
Совсем близко вновь раздается мягкое шуршание ткани, той самой — теневой, чувствуется тепло и беловолосого коротко целуют в щеку, ласково ероша волосы.
— Не забыл, что у нас планы на день? — раздается слегка насмешливое и хриплое очень близко, а прохладную шею опаляет горячим дыханием.
— Питч… — Джек потягивается еще раз, зевает и наконец приподнимается на локтях, сонным взглядом осматривая уже одетого и нависшего над ним Короля Кошмаров.
«Точнее, частично одетого…» — поправляет сам себя Фрост, и скользит горячим взглядом по голому торсу этого чертового хищника с желтыми глазами.
— Оденься лучше полностью, — приглушенно проговаривает Ледяной, отворачиваясь и проклиная Луноликого — ибо все неприятности из-за него. А еще из-за пятичасового сна — просто банального сна. Да, и Джек в действительности думает, что докатился, раз день, точнее ночь, не может прожить без взаимных ласк и жаркого секса.
«Дожил в свои триста с небольшим, Фрост!» — ехидно поддевает подсознание. А парнишка пытается всё списать на долгую разлуку и приглушенную тоску в сердце.
Но всё же отвлечься Джеку не суждено и его мягко поворачивают обратно: длинные пальцы скользят по щеке, приподнимают голову и Кромешник мягко надавливает на подбородок, заставляя мальчишку приоткрыть рот, оказываясь слишком близко и настойчиво целуя его.
Громкий, совсем не сдерживаемый стон Джека и он немедля обнимает Короля Кошмаров за шею, притягивая к себе. Кончики пальцев немедленно начинают теплеть, а сам Фрост поддается под осторожные касания, тихо хныкает и знает, что у них ни черта нет времени. Но он не может просто так. Зимний Дух провокационно проводит кончиком языка по нижней губе своего хищника, и соблазнительно выгибается в его руках, и дышит уже загнанно, готовый на всё — абсолютно и полностью, желающий отдаться здесь и сейчас. Немедленно.
Дух Снегов сам в культурном шоке от таких откровенных мыслей и не менее откровенных порывов, но останавливаться, или смущаться ему больше не хочется, и тем более отстранятся. И всё это из-за глупой «командировки» Черного Духа.
— …Так. Всё. — Питч первым находит в себе силы и отстраняется от желанных губ мальчишки с легким восхищением смотря в темно-серые глаза напротив, — Ты слишком соблазнителен для сегодняшнего утра, и прошу, не продолжай больше… Иначе день мы потеряем безвозвратно.
Король Кошмаров словно в извинение еще раз мягко целует мальчишку, на «прощание» коротко лизнув Джека в губы и отстраняется, отходя от их ложа. Всё таки у них дела и достаточно серьезные, которые настолько «любезно» предоставили им Хранители. Кромешник морщится, слышит тихий и притом настолько томный вздох Джека за спиной, и сам пытается не поддаться, подавляя разбушевавшееся желание и приказывая себе думать о чертовой чужеродной тьме, что медленными нитями растекается по северу Китая, а не о развратном и желанном мальчишке, что наверняка сейчас скинул с себя покрывало.
— Какие планы? К Хранителям? Вылавливать Страхи или в разрушенный дворец Феи? — Фрост с закушенной губой спрыгивает с каменной кровати, и завернувшись в черную простынь, всё же даже просто спать он привык полностью нагишом, идет искать по традиции разбросанные вещи.
— Во дворец, — задумчиво бросает Питч, не теряя времени и создавая перед собой подходящее оружие из Древней Тьмы, так, на всякий случай, — Я не успел полностью, изучить ту гадость, что оставили после себя эти жалкие недо Духи. Нужно понять какой это вид и из какого конкретно подмирья, так будет проще изничтожить остальных выродков.
Кромешник оборачивается в пол оборота, с усмешкой смотря на застегивающего толстовку Джека и не желает скрывать от него теплого взгляда. Всё же только этому строптивому Снежному позволено видеть его без масок. Джек замирает на секунду, чувствуя на себе взгляд, поднимает голову и сам улыбается, лучезарно и широко. Он выдыхает, и быстро преодолев разделяющее их расстояние, обнимает своего Короля за плечи, почти невинно целуя в щеку.
— Что от меня требуется? И что, если они всё же смогут объединиться, а? — приподняв бровь в резонном вопросе, интересуется Джек, и глянув на зависший в десятке сантиметров от них изогнутый кинжал, на автомате добавляет в Древнюю Тьму своей ледяной магии, разрисовывая ярко-голубой энергией черное лезвие.
— От тебя требуется твоя сила и возможно помощь разрушенному дворцу, а после посмотрим по обстоятельствам. Нужно успеть до Рождества, Джек. Обязательно всё успеть.
— Питч…. — Ледяной не хочет говорить, и повисшая на мгновение тишина спасает, но Фрост набирается сил и оторвав взгляд от изящного теперь оружия, приподнимает голову, смотря в горящие золотом глаза, — Что будет после? Ты ведь понимаешь, что в противном случае… Он сам спустится сюда и…
— И здесь уже буду ждать его я, — уверенно перебивает Кромешник, серьезно смотря на Снежного Духа. — Он не оставляет нам другого выбора. К тому же…
— Что?
— Чувствую, к тому моменту как он спустится, для всех миров и для этого в частности, пойдет только на пользу его уничтожение.
Джек не хочет спрашивать почему, не хочет даже вопросительно приподнимать брови или просто домысливать в голове. Он где-то там — в глубине своего подсознания знает ответ, и прекрасно знает, что он ему вовсе не понравится. Луноликий уже не тот и Фрост понимает, ровно, как и безоговорочно соглашается со своим Королем Кошмаров. Да, этот Дух не оставит их в покое, и к тому же подрываться каждые полтора-два года из-за таких колебаний Баланса в этом мире им не хочется.